- Конечно, нет. Почему ты вообще так думаешь?
- Из-за того, как ты на меня смотришь.
И все же, даже когда он это сказал, даже когда он спросил, не злится ли Грей, в его глазах было что-то бунтарское. Намек на гнев, почти вызывающий Грея сказать «да». Один наушник все еще был в его ухе. Другой висел на шее. Он не сдвинулся с места, когда Грей приблизился к нему, взял свободный наушник и вставил его в свое ухо. Теперь он иногда так поступал - брал один из наушников Эйвери, чтобы погрузиться в его мир. Это было похоже на то, как будто ему позволили заглянуть в голову Эйвери. Он не знал этой песни, хотя и думал, что это та же самая девушка, которую Эйвери дал послушать ему в тот день на диване.
Эйвери ждал, не сводя глаз с Грея. В них был вопрос, но и что-то похожее на вызов.
Грей оттолкнул его назад, прижимая к стойке. Ему нравилось, как их тела соприкасались. То, как Эйвери, казалось, смягчился, принял силу Грея, сохраняя при этом вызов в глазах. Грей крепко целовал его, дергая за волосы, впиваясь в его губы, желая овладеть им всеми возможными способами. Эйвери не только позволял, он приветствовал это, постанывая в губы Грея.
Господи, как он мог завидовать Уоррену, несмотря на всю его душевную боль, когда рядом с ним был Эйвери, сильный и непокорный, которому никогда не грозила опасность выйти из-под контроля? Если уж на то пошло, Уоррен должен завидовать ему. Грей поцеловал Эйвери еще крепче, расстегивая штаны паренька. Он просунул руку внутрь и сжал ее.
- Что бы ты сказал, если бы я приказал тебе встать на колени? - спросил Грей.
У Эйвери перехватило дыхание, но в его глазах по-прежнему светился сексуальный вызов.
- Я бы сказал, возможно, это лучше сделать тебе?
- А если бы я сказал, что жду от тебя послушания?
- Я бы сказал, что ты обратился не к тому парню.
Грей наклонился к нему и сжал так сильно, что у Эйвери перехватило дыхание.
- Значит, у тебя нет желания доставить мне удовольствие?
Эйвери захныкал, но не прогнулся.
- Мы оба знаем, что послушание не доставит удовольствия ни одному из нас.
Грей рассмеялся.
- О, да? Что тогда?
Эйвери обвил руками шею Грея.
- Если я дам тебе повод наказать меня. - Он притянул Грея к себе и поцеловал. - Пожалуйста, накажите меня, сэр, - прошептал он, улыбаясь. - Я буду таким плохим, каким ты хочешь меня видеть.
Грей ни капельки не завидовал Уоррену, когда тащил Эйвери в спальню. Он швырнул его лицом вниз на кровать и сорвал с Эйвери штаны.
Шлепок.
Почти сразу же на бледной коже Эйвери начал проступать красный отпечаток ладони. Грей оседлал его бедра и шлепал снова, и снова, и снова. Эйвери извивался под ним, пытаясь приподнять бедра настолько, чтобы его член уперся в кровать. Грею почти захотелось кончить прямо сейчас. Хотелось расстегнуть штаны и оставить свое семя на красной, покрытой рубцами заднице Эйвери.
Шлепок.
Ему нравилось, до какого отчаяния мог дойти Эйвери. Эйвери мог умолять, как это делал Тейлор, но мотивация у него была другая. Тейлор хотел, чтобы над ним издевались, чтобы причинить себе вред, его потребность в наказании коренилась в стыде. Отчаяние Эйвери, напротив, было светлым и чистым. Даже невинным.
Тейлор хотел этого, потому что ему было от этого плохо. Эйвери хотел этого, потому что ему было от этого хорошо. Такое упрощенное объяснение, но оно изменило мир к лучшему.
Грей снова шлепнул его, прежде чем встать.
- Не останавливайся, - простонал Эйвери. - Пожалуйста, не останавливайся.
- Раздевайся, - сказал Грей. - Ты знаешь позу.
Руки Эйвери дрожали, когда он раздевался. Он забрался на кровать на четвереньках, опершись на нее верхней частью туловища и вытянув руки над головой, чтобы Грей мог пристегнуть его запястья наручниками. Как только они были застегнуты, Грей присел на корточки, чтобы полюбоваться им. Ягодицы Эйвери были ярко-красными от шлепков. Его яйца тяжело свисали между ног, а эрекция опускалась к кровати. Эйвери развел колени, приглашающе наклоняясь задницей к Грею.
- Господи, Эйвери. Я разрываюсь между желанием кончить прямо сейчас и желанием посмотреть, как далеко я смогу тебя завести.