– А вы ни в какой обстановке не откажете себе в удовольствии поиздеваться и позапугивать? – мигом озлилась я, прошла мимо него вглубь каюты и села на пол. – Не трудитесь, напугать меня еще больше невозможно.
– Да все как раз наоборот, Алекс. Я хочу помочь вам, чтобы вы могли выжить.
– Отвалите со своей помощью, – огрызнулась я.
Мне бы тут осмыслить в каком положении и так очутилась, и что за выбор нужно будет сделать совсем скоро, а он со своими долбаными разговорами.
– Алекс, не паникуйте же! – и не подумал отставать Яцес. – Если вы не будете реагировать с паникой, истерикой и добровольно постараетесь угодить этим животным, то есть большая вероятность, что ущерб для вас будет минимальным.
Ну да, неубиваемая с десятилетиями рекомендация о том, что если уж не можешь избежать насилия, то расслабься и попытайся получить удовольствие. Интересно, этого больного ублюдка Яцеса наверняка должны еще и заводить мысли о том, что со мной могут сделать голодные до секса зеки?
Хотела послать Зигфрида уже не стесняясь в выражениях, но тут двери опять открылись, и в каюту загнали дока Мартинсон и медбрата Коха, которые были свидетелями того, перед каким выбором меня поставил Конрад.
Яцес переключился на них, оставив меня в покое. Совсем скоро я должна буду выбрать. Выбрать того мужчину, которому должна буду отдаваться добровольно. Или умереть. Выбрать совершенно незнакомого мужика, который будет делать со мной все, что захочет или заставит делать меня. Он вполне может оказаться извращенцем, больным на всю голову уродом, с такими же больными фантазиями. И как женщины, черт возьми, делают подобный выбор, оказавшись такой ситуации? Исходя из логики? Или интуиции? Не знаю первая, вторая, они обе, а может и безумие какое-то, но выбор мой склонялся к Конраду. Тому самому, что готов был меня пристрелить, но чьему решению в вопросе моей неприкосновенности подчинились, однако, остальные. Значит, у него авторитет и сила. И тот охранник сказал, что Конрад никогда не позволял насиловать женщин-заложниц своим, чтобы это там ни значило. Итак, он сильный, его боятся и уважают другие, он ненавидит насильников. Вот только… он огромный, пугающий и убил на моих глазах своего же подельника, что возражал ему. Как быть уверенной, что он не пристрелит и меня, если я не смогу угодить, ведь мало ли что и как он любит делать с женщинами в постели. Да еще плюс после такого срока воздержания.
Что, если я с ним и одного раза не переживу? У меня был только Руф. Ласковый, деликатный, осторожный, всегда пекущийся о моем комфорте и удовольствии Руф, что теперь любит другую. Я не знаю как быть с другим.
Нет, не наивная, порно мы, будь здоров, сколько просмотрели, даже полного трешака иногда. Подростковое любопытство – оно штука коварная, такого насмотришься, что потом мечтаешь развидеть, а невозможно. И именно благодаря этому же любопытству я прекрасно знаю насколько могут отличаться мужчины, в размерах их причиндалов в том числе. Черт! Я сейчас всерьез думаю о размере у Конрада? Думаю. Чего притворяться и внутренне истерить, если это самый размер светит мне в самое ближайшее время. Хотя… вот будет сюрприз, если он откажется и велит выбирать из его подельников. Учитывая все последние издевки судьбы, такое запросто может случиться.
– Алекс, вы не будете против, если я к вам тут присоединюсь? – негромко спросила док Мортинсон, и я вздрогнула, выныривая из задумчивости.
Я не заметила когда она успела подойти. Вроде бы только что перешептывались с Кохом и Яцесом в дальнем углу.
– Хотите на пол сесть? – удивилась я. – Может, лучше на койку?
Стены завибрировали, сообщая о запуске двигателя, и пол дрогнул. Алисия поспешила сесть рядом со мной и вовремя, потому что в следующую секунду нас мотнуло вправо, а потом сразу влево. Как Конрад и предупреждал. Кто бы ни взялся за пилотирование катером, он явно еще только приноравливался к местному управлению.
Нас поболтало еще минут пять, пусть все слабее и слабее, но я все же обрадовалась, что в желудке с утра ни крошки не побывало. Док молчала, пока болтанка не прекратилась и только после того, как полет стал ровным, повернулась ко мне.
– Как вы чувствуете себя, Алекс? – спросила она. – Испуганы?
– Само собой, – ответила, гадая послал ли ее ко мне Яцес.
По крайней мере, он наблюдал за нами неотрывно. Удав чертов.
– Я понимаю, что с советами лезть бестактно, и вы можете счесть меня крайне циничной, ведь вы еще так молоды, – продолжила Алисия, и я поняла – точно Зиг подослал вразумлять. – Но посмотрите на нынешнюю ситуацию без эмоций, и вы поймете насколько удачно все сложилось.
– О, да неужели. Для кого?
– Для вас в первую очередь, милая. Ведь эти скоты могли сейчас уже терзать вас, но этого не происходит. У вас появился шанс терпеть всего лишь одного из них и не пострадать серьезно, не погибнуть, наконец.
– А во вторую? – спросила, внутренне усмехнувшись, потому что примерно знала ответ.
– Что, простите?
– Для кого это все удачно сложилось во вторую очередь?
– Для всех нас, Алекс, если вы найдете в себе силу, отвагу и благоразумие. Ну и немножечко женской хитрости.
– Это зачем же?
– Алекс, я же в курсе, какой выбор предложил сделать вам Конрад. И хотела бы подсказать, кого стоило бы выбрать и как себя вести, – сказала док, переходя совсем уж на шепот и склоняясь к моему уху. – Вы позволите мне дать вам совет?
Я дернула плечом, пусть говорит уже.
– Ни в коем случае не делайте ставку на Конрада, деточка, – быстро зашептала Алисия. – Он хоть и кажется сильнейшим среди остальных, но далеко не дурак, обладает твердым характером и не поддается влиянию. Даже учитывая то, как давно у него не было женщины и секса, он весьма маловероятно настолько расслабится и потеряет бдительность после него, чтобы у вас получилось ускользнуть и помочь нам всем.
Ясно. Это они с Яцесом уже быстренько обсудили план освобождения со мной в качестве секс-отмычки, покорно ублажившей зека до нестояния.