Наилон встал с ковра. И сел обратно.
А если она оскорбится? Если прогонит его прочь?
Что, если по эту сторону Долины Мертвых мужчины и женщины делят ложе только после свадьбы? Как вообще они договариваются о близости?
Госпожа говорит: «Хочу» — и раб снимает с себя одежду.
А у свободных, как это происходит?
Как подступиться к Тэлли?
Наилон не знал.
Пока он думал, знахарка успела вымыться и вышла к нему в чуть влажном платье и с мокрыми волосами.
— Я очистила и нагрела воду, — сказала она, посторонившись, чтобы пропустить его в купальную комнату.
«У нее нет мужа, — думал Наилон, проходя мимо. — Одинокая женщина скучает по мужскому телу. Может, она не будет против? Я ей нравлюсь. А потом… после… мы могли бы лежать, обнявшись».
Мысль про объятия была еще более сладкой, чем про соитие.
Не спеша задергивать за собой полог, Наилон робко покосился на Тэлли. Та ответила нежной улыбкой, даже не подозревая о его грязных мыслях.
Со вздохом он позволил упавшей ткани разделить их.
Не решился.
Не посмел.
Испугался.
Может, попробовать позже?
Захваченный этими мыслями, Наилон неторопливо разделся и погрузился в горячую воду. И только он это сделал, как за перегородкой раздался грохот и треск, словно кто-то ворвался в шатер, порвав тканевый полог.
Что-то случилось?
Наилон привстал в бадье и прислушался.
Но прислушиваться было не надо. Яростный мужской крик буквально оглушил его.
— Где он? Тот, с кем ты трахаешь? Весь клан судачит о том, что моя дочь называет отцом какого-то постороннего мужика. Чужака с другого конца Пустоши. Длинноухого. Эльфа. Ты спишь с ним? Где он?
Ткань распахнулась. На пороге купальной комнаты возник могучий бородач с глазами, налитыми кровью.
___
Описан способ приготовления лепешек на песке, которым пользовались и пользуются до сих пор бедуины в пустыне.
Глава 10
Мужчина, ворвавшийся в купальную комнату, походил на разъяренного быка, готового кинуться на первого, кто попадется ему под руку, напасть на любого и разорвать на части.
Глаза незнакомца были выпучены от бешенства, массивная квадратная челюсть — выдвинута вперед. Руки-кувалды сжимались в кулаки, и под кожей вздувались вены-канаты.
Этот не станет разбираться, кто прав, а кто виноват — молча проломит череп одним ударом.