Избранное в двух томах. Том 2. Повести и рассказы [1987, худ. Б. Н. Чупрыгин]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да-а-а, — протянул Емельян и стащил с малицы совик.

— А знаешь что? — сказал Спирька, и сказал так тихо и сдержанно, что бригадир забыл бросить совик на латы и держал его в руках.

— Что? — напряженно спросил он.

— То, что в мое дежурство я убью волка. А может, и двух. И все время буду их убивать, пока они здесь.

Емельян с шумом бросил совик в сторону.

— Утка хвасталась озеро выпить.

Спирька сдвинул коленки ног и встал, прямой, как прут.

— Увидишь, Емельян. Только мне помощь нужна. Двоих пастухов.

Опрокидывая низенькие скамеечки, бригадир прошел по чуму, сел за столик и потянулся к стакану чая.

— Чего напридумал. Пастухам отдыхать нужно перед дежурством. Никого не дам.

— Помоги тогда сам. — Спирька провел рукой по лицу, словно под носом было мокро.

— Нашел дурака.

Дочка бригадира Аня, маленькая, смешливая, с черненькими мышиными глазками, пустила сквозь зубы:

— Ай-яй-яй… Все разбегайтесь! Идет Спирька — волчья смерть. — И прыснула в подол платья.

Спирька в бешенстве швырнул в нее кусок шкуры, и та прикусила язык.

— Тогда я возьму мальчишек, что побойчей. Ладно?

Бригадир пил уже третий стакан чая.

— Это можно. Этих бери. Только расскажи, в чем дело.

Утром, в день своего дежурства, Спирька распорядился запрячь три упряжки лучших быков, на одну сел сам, на другие посадил своего братишку Семку, четырнадцатилетнего подростка, и сына Ивана. Расставил две упряжки километра за четыре друг от друга по обе стороны стада и велел ждать его нарт.

Никто не знал, что день назад Спирька долго колесил вокруг стада, изучая волчьи следы на снегу, их направление, длину шага и прыжка. Теперь он выехал на легких нартах к стаду. За плечами болталась винтовка. Он спрятал упряжку за кустами ивняка, с той стороны, откуда обычно нападали хищники. Чуя полную безнаказанность, волки обнаглели. Не прошло и часа, как Спирька увидел волка. Едва заметный среди кустиков, кочек и теней, он бежал, низко свесив хвост и нюхая снег. Он казался крохотным отсюда, нечего было и думать попасть в него.

— Оленьей печени захотел, сволочуга, — прошептал Спирька и направил быков в его сторону.

Волк застыл, поднял вверх морду и бросился от стада.

Спирька дернул вожжу, заорал на быков, и они галопом ринулись по кустарникам и горбам. Они несли его легко, оставляя сзади слабые следы полозьев. Ветер свистел в ушах, комья снега били в лицо. Олени несли изо всех сил, но Спирьке этого было мало. Он пустил в ход хорей. Волк мчался длинными прыжками и легко уходил от преследования, то скрываясь за кочками, то выскакивая на взгорки. Он несся, выгибая спину. Он летел, то вытягиваясь в струнку, то сжимаясь в комок, все увеличивая расстояние между собой и нартами.

Ему нельзя было дать ни минуты передышки.

Спирька не спускал с него глаз и думал: будет ли он удирать по прямой в лес или пойдет, как обычно, большими кругами? Не пойдет кругами — все сорвется. А если пойдет — Спирьке помогут расставленные упряжки.

Он чуть не заорал по-мальчишески «ура!», увидев, что волк отвалил от прямой влево. Но когда волк опять отклонился, Спирька забрал правее, и стал ошалело орать, и заставил зверя изменить свой курс. Скоро нарты достигли его следов, сдвоенных, широко брошенных друг от друга.

Олени устали. От них вовсю валил пар, шерсть смоклась, языки вывалились. Они хрипло дышали. А волк шел все так же легко и упруго, точно в нем была навечно заведенная пружина, безотказно бросавшая его тело огромными скачками вперед. Но теперь расстояние между ними почти не увеличивалось. Спирька гнал волка по большому кругу. Подлетая к сизому леску, он пронзительно свистнул, и вслед за тем сбоку появилась свежая упряжка с Семкой.

На ходу перескочил на нее Спирька, а братишка прыгнул в его упряжку. Как бешеные несли быки пастуха по сдвоенному, точь-в-точь как у собаки, следу. Снежная пыль окутала его, и он на миг потерял из вида зверя. Как Спирька обрадовался, увидев, что просвет между следами чуть уменьшился! Волк начал уставать. По рассказам других, он знал: хочешь догнать волка, не дай ему остановиться, чтобы он помочился, тогда он быстро устанет, выдохнется, и его можно догнать.

Спирька вспотел. Винтовка больно колотила его по плечам и спине, руки и ноги занемели, и, чтобы пошевелить ими, он время от времени приподнимался на нартах. Расстояние между упряжкой и волком сокращалось. Быки заметили хищника, таращили в испуге глаза, бросали в стороны головы, но вожжа, крики и хорей гнали и гнали их на волка.

Теперь, пожалуй, в него можно будет попасть. Но вдруг промах? С ходу бить нельзя, рискованно — мушка будет прыгать, а совсем остановить быков — упустишь время; еще дальше уйдет хищник и, кто его знает, может скрыться. И Спирька гнал упряжку вперед, ведя волка по кругу. Когда к нему подскочила новая свежая упряжка, он уже не мог впрыгнуть в нее на ходу. Задыхаясь от усталости, он кулем перевалился в нее и помчал по следам — уже коротким, глубоким, измученным следам. И ни одного желтого пятна: так и не выбрал зверь момента, чтобы облегчиться.