— Теперь ясно.
Я наблюдала за темным змеем, казавшимся толстым и неповоротливым. Он лениво ползал по вольеру и совершенно не обращал на нас внимания.
— Попробуйте наладить с ним эмпатический контакт, — предложил управляющий.
Теперь я по-новому посмотрела на василиска. Реликтовые относились к условно разумным, но раньше я никогда не задумывалась, сколько там условности, а сколько — разума.
Стало немного не по себе. Я так привыкла держать эмпатические щиты, что снять их даже перед животным оказалось сложно.
К тому же пусть Ян Вируа и выглядел внешне безучастным, было заметно, как он ждет результата. А вдруг не справлюсь?
Для начала установить зрительный контакт…
Я осторожно выпустила эмпатию, и неповоротливый змей в мгновение ока превратился из лениво ползающего существа в опасного хищника. Он стремительно метнулся к стеклу, распушил воротник и раскрыл клыкастую пасть.
— Не бойтесь, он чувствует страх и неуверенность, — подбодрил меня Ян, положив руку на плечо.
Его руку я, не задумываясь, скинула — только отвлекает. Сконцентрировавшись, я выпустила эмпатию и отбросила ненужные эмоции.
Эмпатия передает чувства и образы. И я потянулась к змею, оставив лишь доброжелательность и любопытство.
«Ты интересный, — думала я, разглядывая василиска. — И красивый».
Чешуя на свету играла всеми цветами радуги, оказавшись не темно-зеленой, в черноту, а хамелеонистой. Под разным углом чешуйки блестели по-разному. А огромные желтые глаза завораживали.
А главное, в них тоже светился живой ум и интерес.
Я положила ладонь на стекло, и василиск коснулся его с другой стороны своим раздвоенным языком.
— Кажется, вы ему понравились, — заметил лорд Вируа, с любопытством наблюдавший за нашим общением. — Ну что, Дао, — обратился он к василиску, и тот чутко отреагировал на имя. — Наверное, у нас появился новый хранитель чудовищ.
Змей зашипел, словно говоря, какое же он чудовище? Очень даже милое и доброе создание, это чувствовалось во всем. И почему вообще он показался мне страшным?
— Его зовут Дао?
Василик повернулся ко мне и умильно захлопал желтыми глазами.
— Да, это наш главный производитель, — похвалил его управляющий. — Очень активно вносит свой вклад в дело восстановления реликтовой популяции.
Василиск, стоявший на хвосте, вытянулся еще сильнее и распустил воротник, показывая, какой он красавчик. Да уж, не сомневаюсь, что он здесь местная знаменитость и всеобщий любимчик.
— Идемте дальше, ваша эмпатия вопросов не вызывает, проверим магию — и все.
Лорд повел меня по тропинке, с росшим по краям кустарником и высокой травой. Но чувствовалось, что посажено все рукой человека, уж слишком упорядоченным был «дикий» лес. Я с удовольствием разглядывала кустики с разноцветными листьями, когда впереди раздался рык и огромное косматое нечто прыгнуло прямо на нас.
Управляющего как преграду оно не восприняло, отшвырнуло, словно тряпичную куклу, но все же потратив на него столь драгоценные секунды, за которые я успела создать щит. Сто лет его не практиковала, но вбитое в подкорку заклинание вспыхнуло в голове само, а после засветилось и на руке.
Животное, за счет гривы и длинного хвоста напоминавшее помесь медведя и льва, ударилось в мой щит и отскочило, грозно зарычав.
Я сглотнула, решая, что делать. Мой боевой арсенал был небогат, и лорд по-прежнему лежал неподвижно, так что на него я тоже набросила статичный щит. Атаковать животное всерьез я не решалась: вдруг это дорогущий и редчайший образец магической фауны?
Значит, нужно обезвредить.
От первой сетки медведелев увернулся, вторая скользнула по лапе, но не зацепилась. И только с третьей попытки мне удалось спеленать зверя.
Он рычал и бился, но в надежности заклинания я не сомневалась.
— Лорд! — Я бросилась к управляющему, больше всего на свете боясь, что от него осталось лишь окровавленное бездыханное тело.