Дом у голубого залива. Крутой вираж. Токийская осень. Вытащить из петли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Извини, папа.

До конца разговора она извинилась еще несколько раз. Не успела она положить трубку, как телефон зазвонил вновь. Да, тридцать лет, которые мать с отцом прожили вместе, не прошли даром. Она взяла трубку и сказала:

— Здравствуй, мама.

Сет расстелил красное покрывало в тени на берегу реки, поставил на траву плетеную корзину, прислонил к ней открытую бутылку вина и бокал на тонкой ножке. Рядом положил книжку в потрепанной белой обложке.

Она переоделась в одежду, которую он ей принес.

— Извини, что я так долго, — сказала она, спускаясь с крыльца.

— Да что ты!

Он пошел ей навстречу и обнял, не обращая внимания на ее попытки отстраниться.

— Ты такая грустная. — Он слегка коснулся губами ее волос. — Может, перенесем сеанс на другой день?

— Нет. Ничего страшного не произошло. Обычное семейное безумие.

— Расскажи мне, я в этом деле дока.

— Мои родители разводятся.

— О, дорогая! — Он погладил ее по щеке. — Мне так тебя жаль.

— Нет, нет. — К его изумлению, она рассмеялась. — Ты не понимаешь. Примерно раз в два года я слышу: «Дрю, у меня для тебя плохие новости» или «Дрю, даже не знаю, как тебе об этом сказать...».

— Мне кажется, они тебя используют как мячик в игре друг с другом.

— Они меня слишком сильно любят, — сказала она тихим голосом. — А может, наоборот, недостаточно. Я так и не смогла в этом разобраться. Думаю, и они тоже. И почему только я все это на тебя вываливаю?

— А почему бы и нет? Ты ведь практически моя девушка. Может, бросим все это и покатаемся на лодке?

— Нет, ты ведь уже все подготовил.

— Ну, тогда ладно, давай разувайся.

Она сняла парусиновые шлепки.

— Пикник босиком.

— Прекрасно. А теперь ложись на покрывало.

Дрю думала, что будет сидеть, расправив широкую юбку, и читать книжку. Она послушно ступила на покрывало и спросила: - А как ложиться, лицом вверх или вниз?

— Ложись на спину. Вот так, подвинься ближе к краю. Подними правую руку и положи ее на голову, а левую согни в локте. — Он наклонился и приподнял юбку, обнажив ей левую ногу до середины бедра.

— Скажешь, ты это делаешь ради искусства, а не пристаешь ко мне?

— Да, конечно, я все делаю исключительно ради искусства. — Он провел пальцами по ее бедру, расправляя юбку так, как ему было нужно. — Но при этом я вовсе не отрицаю, что пристаю к тебе. — Он спустил бретельку ее топика с плеча, посмотрел и удовлетворенно кивнул. — Поверни ко мне голову.

Она повернула, и взгляд ее упал на подготовленные краски.

— Это ведь акварель? Ты вроде хотел писать маслом.

— Этот портрет должен быть написан именно акварелью. Ты спокойно отдыхаешь в прекрасный летний день у реки, — объяснил он, начиная делать набросок.

— Я одна?