Верные друзья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Из всех стран приезжали тогда купцы в Китай за шелком, фарфором, чего никто, кроме китайцев, не умел еще изготовлять. Особенно привлекали заморских купцов шелковые материи, легкие, как пух, отливающие перламутром и радугой. Ходили слухи, будто китайцы ткут их из волокна неведомого растения. Но никто не знал, как китайцы делают шелк — это была государственная тайна.

Китайский чиновник долго перетряхивал тюки — он словно искал чего-то. Потом он вежливо попросил персов развязать свои широкие пояса, вывернуть карманы, даже снять мягкие сафьяновые сапоги.

Пока во дворе таможни все это происходило, стражники, стоявшие у ворот, заметили за Великой стеной двух путников. Кто-то направлялся в Китай. Скоро два монаха в длинных черных одеждах, с толстыми бамбуковыми посохами остановились у таможни.

Стража распахнула ворота. Монахи вошли на землю Китая и протянули переводчику длинный свиток. В нем было сказано, что путников шлет в Китай сам греческий император Юстиниан, просит пропустить их в страну за Великой стеной, показать города и села. Пусть, вернувшись, монахи усладят своего императора рассказами о чудесах и красотах Китая.

Должно быть, переводчику польстило такое внимание греческого императора. Он приветливо улыбнулся, хотел что-то сказать. Но тут из здания таможни выбежал встревоженный чиновник. Он громко кричал и размахивал узеньким маленьким мешочком.

Чиновник высыпал из мешочка что-то на ладонь. Это были зеленоватые зернышки, величиной в маковое семя.

Тотчас стража, чиновники, переводчик окружили купцов и связали их. А двух греческих монахов пропустили на дорогу, которая вела в Китай.

Поздно вечером монахов обогнала повозка, на которой сидели таможенный чиновник и связанные персидские купцы.

«Какое же преступление совершили купцы? Неужели все дело в зернышках, которые отнял китайский чиновник? — подумали монахи. — Очевидно, они драгоценнее золота и стоят не меньше бриллиантов. Ведь не стали бы иначе связывать руки иноземным купцам и везти их под стражей, как опасных государственных преступников!»

А это было именно так. Монахи тогда еще не знали, что зеленые зернышки были яичками замечательной бабочки. Нельзя сказать, чтобы эта бабочка была необыкновенно красивая или очень редкая. У нее были желтовато-белые крылья, пушистое туловище, серые усики. Таких бабочек в Китае было очень много. Чуть не в каждом дворе можно было видеть их. Летом эти бабочки откладывали множество яичек, мелких, как маковое зернышко. Яички лежали лето и зиму. А весной из них выползали крошечные червячки — гусеницы.

Гусеницы ели листья тутовых деревьев и очень быстро росли. Они поедали листья целыми корзинами. Потом они переставали есть и начинали работать.

Из отверстия у рта червяка показывалась тоненькая шелковая нить. Гусеница прикрепляла конец ее к ветке и сперва устраивала себе просторную сетку из шелковых ниток, вроде люльки, а потом, непрерывно помахивая головкой, ловко подхватывая нить передними ножками, строила себе дом — плотный шелковый кокон.

Эта работа требовала терпения!

Скрывшись внутри кокона, три и четыре дня подряд работала гусеница. Она пряла дни и ночи. На четвертый день кокон бывал готов. В этом темпом домике без окон, куда нельзя даже заглянуть, с гусеницей происходили необыкновенные превращения. Она делалась бабочкой. А через три недели на конце кокона словно приоткрывалась дверь — появлялось отверстие. Из двери показывалась голова с усиками, а потом с трудом выползала и сама бабочка.

Несколько дней она ползала, взмахивая желтовато-белыми крыльями, потом откладывала множество зеленоватых яичек и умирала.

Яички этой бабочки, которые называют теперь греной, нашел у персидских купцов таможенный чиновник. За это он и повез купцов в тюрьму. Иноземцам все можно было купить в Китае, какой угодно товар, но только не грену! Смертный приговор ждал каждого китайца, который осмелился бы продать или подарить ее иноземцу.

Но ведь бабочки живут всюду. И все они откладывают яички. А сколько их — разных бабочек! Пестрые и одноцветные, маленькие и гигантские, ночные и дневные, они порхают даже в полярных, холодных странах. Ученые насчитали невероятно много — восемьдесят тысяч — разных видов бабочек. Почти все они красивее китайской. Но скромная китайская бабочка полезнее и лучше самых пестрых, радужных красавиц! Только у нее одной шелковистый кокон был спряден из такой длинной прочной нити. Только она одна пряла его без отдыха по четыре дня, не разрывая нить, не делая на ней узлов и не путая.

Кокон этой бабочки китайцы бросали в горячую воду, трепали его метелочкой, находили конец шелковой нити и разматывали кокон. Нить получалась длиною в полторы тысячи метров. Вот какую нить делала маленькая пряха!

Из этих длинных, прочных, хоть и тончайших нитей, а вовсе не из волокон растений, как предполагали иноземцы, ткали китайцы свои шелка.

Напрасно другие народы хотели выведать у них тайну и выделывать свой шелк! Китайцы не раскрывали тайны шелкопрядения. Никому не продавали и даже не показывали грену.

Между тем два греческих монаха, которых послал в Китай император Юстиниан, успели уже обойти немало городов и сел. Неспроста они явились сюда! Они все высматривали, а втайне больше всего интересовались шелководством. Но как ни старались китайцы повсюду скрыть от любопытных иноземцев свою тайну, монахи все, все узнали: и как разматывают в Китае коконы, и как ткут шелковые ткани, и как выводят из яичек — грены — гусениц, и как кормят их листьями тутовых деревьев. Тутовые деревья росли и в Греции, на родине монахов. Теперь монахам оставалось только достать яички — грену. И тогда в Греции будет свой шелк!

Однажды монахам посчастливилось попасть в глухую деревушку Северного Китая. В той же длинной черной одежде, с бамбуковыми посохами в руках они подошли к воротам бедной хижины. Во дворе возле длинного стола работал китайский крестьянин. Монахи вошли во двор, поклонились хозяину и остановились у стола. По столу ползали желтовато-белые бабочки. Рядом на табуретке стояла глиняная чашка с яичками — греной. Китайский крестьянин, в хижину которого пришли монахи, был шелковод. Монахи украдкой старались все разглядеть. Вот под окнами в корзине лежат и желтые коконы.

Монахи еще раз поклонились крестьянину и попросили напиться. Хозяин ушел в дом за водой. Монахи выпили по кружке и попросили по второй. Хозяин снова вынес им воды. Монахи выпили и эту воду, поблагодарили хозяина, попрощались и ушли.

Крестьянин вежливо проводил гостей за ворота. Он долго глядел им вслед — впервые пришлось ему столкнуться с людьми из чужой страны. Только вечером, взглянув на чашку с греной бабочек, он всплеснул руками и замер от ужаса: эти иноземцы отсыпали из чашки половину грены. Что теперь будет с ним, если узнают про это?!

А греческие монахи, опасаясь погони и кары, поспешили скрыться и выбирались из Китая тайными путями.

Далек был их путь назад, в Грецию! Они шли пешком, иногда пристраивались к попутным караванам, ехали на ослах, верблюдах. Много месяцев провели они в дороге. Ночевали на постоялых дворах, в глухих селениях. Спали монахи по очереди, боясь, как бы не похитили их посохи, которые они клали в головах. В эти полые бамбуковые посохи они и спрятали грену шелкопряда.

Ранней весной добрались монахи до Константинополя и прямо пошли во дворец императора Юстиниана. У ног его они положили свои посохи. Юстиниан крепко обнял монахов и щедро наградил за выполненное поручение. Только за этим он и посылал монахов из Греции в далекий Китай и с нетерпением ждал их возвращения.

Прошло несколько лет, и в Константинополе заработала первая фабрика шелковых тканей. Так попали шелкопряды в Грецию.