Карло нагнулся, подобрал упавшие письма и протянул их мне, прежде чем захлопнуть дверь машины.
Когда мы тронулись, Карло, посмотрев на меня в зеркало заднего вида, спросил:
— Что, чёрт возьми, значит «вапо»?
Я засмеялась:
— Ты почти правильно произнес. «Guapa» по-испански значит «красивая».
Он нахмурился и покачал головой.
Я собиралась просмотреть почту, но вместо этого залюбовалась видами города за окном. Я скучала по шуму и суете Нью-Йорка, который стал моим домом за последние три года: от звуков, доносящихся из окон моей квартиры, до сирен полиции, грохота машин, проезжающих по незакрепленным люкам, и даже воркования голубей. Всё это давало мне ощущение домашнего уюта. Нет места комфортнее, чем большой город.
Дом моих родителей все ещё находился в черте города, но это было совсем другое. К концу недели я вернусь в свою квартиру, и все вернется на круги своя.
«Ну, не совсем в норму, но лучше, чем сейчас».
Хотя последние несколько недель прошли неплохо. Не то, чтобы с моими родителями было что-то не так. Не совсем. Но их дом уже давно перестал казаться мне родным.
— Кто здесь? — спросила я, заметив незнакомый роскошный автомобиль, припаркованный у входа, когда мы подъехали к дому.
— Наверное, клиент твоего отца, — вздохнул Карло, выходя из машины и помогая мне с пачкой писем.
У моего отца была довольно интересная клиентура. Будучи адвокатом для нескольких известных преступных семей в городе, он нередко принимал у себя клиентов прямо дома. Так что роскошные машины у нашего входа меня уже не удивляли.
Я вошла в дом и бросила ключи от своей квартиры на столик в прихожей, ведущей на кухню.
— Вот ты где, piccola! — воскликнула мама, бросаясь ко мне с объятиями.
Когда она отстранилась, ее взгляд пробежал по моим волосам, затем по футболке и джинсам.
— Почему бы тебе не распускать волосы почаще? — она провела рукой по моей длинной косе. — Все говорят, что завидуют твоим кудрям, — улыбнулась она, прежде чем отвернуться. — Тебе стоит больше думать о том, что ты носишь, прежде чем выходить из дома. Никогда не знаешь, кого можешь встретить.
Я закатила глаза и последовала за ней на кухню.
— Я ездила на быструю уборку в своей квартире, чтобы не волноваться об этом, когда перееду обратно в эти выходные. Зачем мне наряжаться, ма? — я положила пачку писем на кухонный остров.
Она махнула рукой:
— Иди, приведи себя в порядок и переоденься. Твой отец ждет в кабинете с Карлой. И заодно убедись, что твоя сестра тоже готова, хорошо?
— Разве ты не хочешь сначала поесть? — спросила я, слегка смущаясь.
Она хмыкнула, помогая персоналу расставлять еду на главном обеденном столе. Я стояла, ожидая ответа.
— У нас гость, так что не заставляй отца ждать, Беатрис, — наконец сказала она, держа в руках столовые приборы.
В ее голосе прозвучала суровость, и я поняла, что лучше не задавать лишних вопросов. Я отвернулась, взяла свою почту и направилась в свою старую комнату.
Моя комната почти не изменилась с тех пор, как я переехала. Правда, мама все-таки убрала постеры бойз-бендов, сказав, что ей не нравится, когда они "смотрят" на нее, пока она меняет постельное белье. У нас есть персонал, который занимается такими делами, так что я знаю — это была просто отговорка. Она просто хотела избавиться от того, что ей не нравилось.
Я переоделась в черные леггинсы и безразмерный джемпер, который моя лучшая подруга Клара подарила мне на прошлое Рождество, усмехнувшись при виде надписи: «День, когда я оденусь для мужчины, будет днем, когда меня оденут в гроб для встречи с Иисусом». Моя мама ненавидит этот джемпер и однажды даже пыталась тайком избавиться от него, когда собирала "ненужную" одежду для благотворительности, на которую каждый год заставляет нас ходить. Я собрала волосы в пучок, зная наперед, что мама опять прокомментирует, что предпочитает меня с распущенными локонами, и отправилась к сестре Карле, чтобы узнать, готова ли она.
— Входи, — отозвалась она, когда я постучала.
Она стояла перед зеркалом, поправляя волосы. На ней была элегантная шелковая блузка цвета бордо и черные брюки палаццо. По крайней мере, у родителей есть одна дочь, которая всегда соответствует их ожиданиям.
Ладно, я, возможно, немного преувеличиваю. Есть еще трое, которыми они гордятся, помимо меня.