Белокурые волосы касались нежной кожи шеи, румянец окрасил лицо Касандры, когда она отдавала все силы, чтобы помочь нуждающимся. Женщины, которые слабо постанывали, резко выгнулись дугой и вцепились руками в природный настил, истошно закричав. Я резко подорвался, но Алкеста, стоявшая рядом, схватила за руку и шикнула:
– Она справится.
Я вырвал руку из хватки банши и распахнул крылья, чтобы быть готовым в любой момент прийти на помощь Касандре. Но она ей оказалась не нужна. Фея, чьи крылья подрагивали в такт рваному дыханию, встала с колен и создала вокруг себя защитный купол, оградив себя от тьмы, которая медленно начала извергаться из тел женщин.
Вязкая жидкость, стекающая из носа, рта, ушей больных, расползалась по земле, материализуясь в уродливые фигуры. Существа взревели, вскинули уродливые руки вверх и принялись пробивать купол.
Священный огонь – очищает.
Смерть – благословляет.
Жизнь – проклинает.
Михаэль, все это время наблюдавший за феей, вскинул ладонь вверх и направил поток магии на существ, которые взвизгнули и осыпались на траву горсткой пепла. Огонь не трогал мирных жителей, стоявших с открытыми от увиденного ртами и трогавших кожу, пытаясь найти ожоги и волдыри. Пока смертные и существа пытались прийти в себя, Касандра скинула с себя защитный купол и рвано выдохнула, когда женщины распахнули глаза и улыбнулись фее, протягивая руки к спасительнице.
– Что это были за твари? – поинтересовалась Алкеста, не сводящая взгляда с Касандры.
– Неупокоенные души, которые вселялись в тела смертных и питались их силами, убивая, – спокойно ответил Михаэль.
– Но почему женщины?
– Потому что они более милосердны. Их сердца не заполнены злостью и ненавистью, – с улыбкой на устах добавила Селестия.
Касандра отошла от женщин, которые обнялись и начали плакать от радости. На коже под ее глазами залегли темные круги, а руки чуть подрагивали. Я подорвался и быстрым шагом направился к фее под речь Михаэля о том, что на Авантине теперь есть свой целитель и кровь дракона больше не была нужна.
– Тихо, тихо. Я тут.
Я подхватил Касандру, когда та пошатнулась. Встретившись со мной взглядом, фея вымученно улыбнулась и облегченно выдохнула.
– Справилась…
– Я тобой безумно горжусь.
– Теперь ты назначишь меня целительницей континента?
Несмотря на болезненную бледность, Касандре хватало сил шутить.
– Без этого никак, мое желание.
Подхватил фею на руки и направился в сторону леса, чтобы скрыться от шума и пьяного крика жителей континента. Она не сопротивлялась, лишь кидала заинтересованные взгляды по сторонам. Остановившись около старого, поваленного на землю дерева, сел на край, удерживая Касандру в своих объятиях. Ее голова лежала на моем плече, а ноги безвольно свешивались с колен.
– Тебе удобно? – тихо спросил я, убрав пару прядей с лица феи. В ответ она кивнула.
– Зачем мы пришли сюда?
– Я хочу побыть наедине. Если тебе некомфортно рядом со мной, можем уйти…
Я не успел договорить. Касандра прикрыла мой рот пальцем. Обхватив ее ладонь, я коснулся губами нежной кожи и вдохнул приятный фруктовый запах магии, которая струилась по ее нутру. У феи осталось совсем мало сил, они исчерпались, излечивая других. Мой взгляд скользил по ее красивому лицу, изумрудные глаза Касандры горели в сумерках, вызывая необъяснимую дрожь во всем теле. Я что было сил сжал подол платья феи и уткнулся лбом в него, шумно сглотнув. Нестерпимо хотелось поцеловать девушку, но боялся, что только спугну этим.
– Мулцибер? – Голос Касандры был полон трепета, который разжигал огонь внутри, но не похоти, не желания – нежности, от которой все тело дрожало, как от лихорадки.
– Позволишь? – Я провел большим пальцем по нижней губе Касандры, чуть надавливая. – Клянусь, если твое тело не отзовется на мои прикосновения, тут же перестану…
Долгие секунды фея молчала, а потом ее вкрадчивый шепот разрезал тишину.
– Позволю… но…
– Доверься мне. Я все сделаю сам.