MoreKnig.org

Государи Московские: Воля и власть. Юрий [сборник Литрес]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Балашов Дмитрий



Шрифт:

– Не заковали, мужики! Охромеет конь в бою – верная смерть.

Костер уже пылал, и в медном котле, налитом едва не до краев, уже булькало.

– Пивка бы! – подмигнул Ивану один из ратных, Окишка Клин.

Иван хмуро улыбнулся в ответ, возразил:

– Пива пить после боя будем!

Представилось на миг, как скачут, сшибаясь, встречные лавы комонных, как нарастает и падает боевой клич, как жутким просверком смерти полощут клинки на взмахе, поднятые для удара, и привычно, мурашами по телу, прошла веселая дрожь, как всегда бывает в бою – где и страх, и удаль, и отчаянность, пуще всего отчаянность! И грозное веселье, когда уже скрестились, проскрежетав друг о друга, лезвия сабель, когда уже вздыбился конь, и уже страх позади, и все позади, и только это: опустить кривую сталь на голову врага и почуять, как пришло по мягкому, а значит, достигло тела. И уже не оглянешься, ибо налетает очередной всадник, и опять скрежет и стон харалуга, и разрубленный щит летит в бешеную круговерть валящихся тел, криков, конских морд, в лихое остервенение боя…

Прижмурился, помотал головой, отогнал видения. Матерь Наталья была плоха, как отъезжали, глядела по-собачьи жалобно, словно чуяла что… Да не страшись ты, мать! Передолим. Да ишо невесть, будет ли бой! И овеяло страхом: а ну как свою смерть почуяла государыня-мать? Не застану, век себе не прощу, – помыслил. И еще раз заботно, издали глянул на сына: не погибнул бы в этом бою!

Ночью догорали костры. Дерева стояли, окутанные темнотой и туманом. Послышался глухой, все нарастающий топот копыт. Иван вскочил, натянул сапоги, выскочил из шатра, мгновением почудилось – не литвины ли? – но не звучало окликов воевод, не пели рога. И, постояв, помыслив, понял вдруг, и жаром облило сердце: то шла татарская конница, посланная Шадибеком в подмогу московскому князю! И враз стало как-то и весело и уже не страшно совсем. Он следил выныривающие из темноты мохнатые шапки татарских кметей, слушал их оклики, навычные уху, и думал, что теперь, с ордынской подмогою, не так уж и страшен Витовт с его литвинами! Кто-то из воевод уже ехал встречать татарскую помочь. Уже там, впереди, загомонили многие голоса, и ярко вспыхнул костер – гостям готовили горячую шурпу, волокли ободранные туши жеребят и баранов. Иван Федоров постоял еще, прицыкнув на высунувшего было из шатра любопытного ратного и, удоволенный, полез сам в шатер досыпать, на ходе скидывая сапоги и вешая на стойку шатра схваченную было саблю.

Боя, впрочем, так и не произошло. То ли родственные связи, то ли татарская конница, а может, то и другое вместе склонило Витовта к переговорам. Было заключено перемирие, и войска стали уходить назад под мелким дождем, сразу размочившим, а где и сделавшим непроходными дороги.

Чавкали, осклизаясь, кони, летела грязь из-под копыт, зачастую попадая прямо в лицо. Поднявшийся ветер срывал желто-зеленую листву с дерев. Шла осень, еще не переломившаяся в то спокойное золотое предзимье, когда высокие небеса светят глубокою синевой, и в этой синеве тянут на юг птичьи стада и обманчивое тепло подчас заставляет подумать, что лето вернулось. Предзимье, называемое бабьим летом, еще не наступило, не пришло!

Однообразно чавкали конские копыта. Иван Федоров ехал, изредка взглядывая на сына там, впереди, в строю ратных и думал о матери: как-то она там?

Софья, закутавшись в шелковый летник с долгими рукавами, вышла на глядень и остоялась, глядя на Кремник у своих ног, на далекое Занеглименье и на башню прямо перед собою, с часами, измысленными хитрецом-сербином, на которых золотую круглую луну постепенно закрывал черный диск, знаменуя уменьшение месяца на небе, и так же точно день за днем открывал, когда лунный диск начинал прибавлять вплоть до полнолуния.

Она глядела на бронзовую цифирь, на знаки зодиака, понимая, что эта работа даже лучше той, какую видела в Кракове, где малые фигурки святых и рыцарей последовательно являлись в небольшом окошке, с тихим звоном проплывая и уплывая внутрь. И слезы, нежданные, горячие и горькие слезы, полились неудержимо у нее из глаз. Софья кусала губы, пробовала озлиться на себя, как делала во время ссор с мужем, но ничего не помогало, некому было смотреть на нее, не перед кем было и величаться тут, на высоте дворцового гульбища. Внизу была Москва, мурашами суетились люди, работали мельницы на Неглинной, вода, посверкивая, переливалась через створы запруд. Вдали, едва видные, вразнобой крутились крылья ветряков. С той стороны, от литейного двора и Подола, доносило гул и звяк железного дела, клубами вздымался черный дым литейки, отъединенной от города земляными валами огненного опасу ради.

А ежели перейти на ту сторону теремов и глянуть в Заречье, откроются выси Воробьевых гор с красными борами на них и неоглядная ширь Замоскворечья, со слободами, старым Даниловым монастырем, с петлистыми дорогами, убегающими туда, в Орду, в Дикое поле, сквозь леса и леса, сквозь чужую и непонятную Рязань, в заокские дали… И это все теперь была ее Родина! Ее дом! И верно, не так уж не прав был Василий, готовый защищать все это от ее отца и католических прелатов, тщившихся погубить древнее византийское православие: у латинян еретический, как уверяют русичи, отводок некогда единой (до седьмого Собора) вселенской церкви. Еретический, потому что папе римскому вручена была земная власть, потому что возглашают filioqwe, служат на опресноках, причащают мирян под одним видом, телом, но не кровью Христовой, потому что… Потому что… Потому что они не такие, как мы, не такие, как русичи, и им нас не дано понять никогда, и то еще, что «мы» и «нас» относятся навек и к ней тоже, и дети ее, и рожденные, и нерожденные, и наследник Иван, Ванята, Ванюша, Ванюшка, пребудет русичем. И все смерды этой земли никогда не примут латинской веры и готовы выступить с оружием в руках против всякого, кто покусится им эту веру навязать. И так и будет, так и будет всегда!

Софья плакала, слезы лились и лились. И следующей весной, на Пасху или на Троицу, или даже осенью, ко дню Успения Преподобного, она пойдет пешком в Троицкую обитель, пойдет, шепча про себя молитвы, как многие женки на Святой Руси… Стала бы она католичкой, выдай ее отец за одного из герцогов или графов немецкой земли? Конечно, стала! Так ли бы она пеклась о святости, так ли бы ходила по монастырям, поклоняясь могилам святых? Наверное, нет! Почему?! Этого не скажет никто… Но в России нужно верить в Бога. Верить и молиться так, как заповедано древними византийскими канонами. Иначе нельзя. И жить тут иначе нельзя. Без Духа Божия, без любви к этой земле в России не выжить! Это Софья наконец-то стала понимать. Она все еще плакала, но уже тихо, не рыдая. И какой все-таки добрый Василий, поставивший эти часы для нее, дабы она, Софья, не чувствовала себя сиротливо на новой родине.

Часы шли, медленно, незаметно для глаза закрывая черным покровом золотой лунный диск. Большие, изузоренные, кажущиеся отсюда ажурными стрелки ползли по циферблату, где знаки часов были отмечены не арабской цифирью, а буквами славянской азбуки.

И мастера нашел Василий своего, православного инока, сербина, а не из немецкой земли! Нашел, положим, Киприан, но Василий сколь угодно мог пригласить немецкого мастера, из ляхов или же фрязина – не захотел! Вспомнила, как когда-то в Кракове, шуткуя, вопросила его о смене веры и как он тогда по-мальчишечьи заносчиво и твердо отверг: «Я – князь православной страны!»

Часы шли. Медленно поворачивалось время. Кругом была земля русичей, Русь, и она, Софья, была православной и никакой иной не могла бы быть в этой стране.

Глава 24

В русском «Домострое», книге многажды разруганной и мало кем читанной, есть потрясающие слова в похвалу женщине – матери и хозяйки дома: «Аще дарует Бог кому жену добру – дрожайши есть камени многоценного. Таковой жены и от пущей выгоды грех лишиться: сотворяет мужу своему благое житие».

«Обретши волну (шерсть) и лен, сотворяет благопотребными руками своими. Она, как корабль торговый, куплю деющий, издалече собирающий в себя все богатства. Встанет в нощи и даст брашно (яству) дому своему и дело рабыням. От плодов рук своих приумножит богатства дома. Препоясавши крепко чресла свои, утвердит мышцы свои на дело. И чад своих поучает, тако же и рабынь, и не угасает светильник ее во всю ночь: руце своя простирает на труд, локти же своя утверждает на веретено (то есть прядет лен и шерсть, после же ткет „портна“ и шьет из них одежду, на что и тратит долгие вечерние часы). Милость же простирает убогим, плод же подает нищим (забота, которую современный человек переложил на богадельни и дома призрения). Не печется о дому своем муж ее: многоразличные одеяния преукрашенные сотворяет мужу своему и себе, и чадам, и домочадцам своим». (Да, да, еще у бабушек ваших, дорогие читатели, а уж у прабабушек у всех замужняя женщина шила в основном сама – «зингеровка» была в каждом доме! – а не бегала по портнихам и не покупала готового платья!)

«Потому и муж ее, егда будет в сонмище с вельможами и воссядет с друзьями, мудро беседуя, разумеет, яко добро деяти, ибо никто без труда не увенчан будет жены ради доброй, блажен есть и муж, и число дней его умножится. Жена добра веселит мужа своего, лета его исполнит миром. Жена добра – благая честь мужу своему. Среди боящихся Господа да будет добрая жена – честь мужу своему. Благословенна она, Божию заповедь сохранив, а от людей прославлена и хвалима. Жена добра, трудолюбива и молчалива – венец есть мужеви своему. Обретет муж добрую жену – и с дому его потечет все благое. Блажен муж таковой жены, и лета свои исполнят они в добром мире. О добре жене и мужу хвала и честь. Добрая жена и по смерти честь мужа своего спасет, яко же благочестивая царица Феодора, добродетелей ради ее и муж ее, хулитель икон, избежал проклятия церковного по смерти своей».

В мировой иконографии утвердились две ипостаси женщины, воплотившиеся (в европейском искусстве, во всяком случае) в двух образах: Венеры и Богоматери. И не будем здесь говорить много о первом из них, венерианском образе, наиболее, да, кажется, и единственно принятом современным мышлением. Заметим только, что античные ваятели, создавая своих богинь любви, Афродит и Венер, и Афродиту Книдскую, и Венеру Милосскую, брали за образец уже рожавших женщин – традиция, восходящая аж к первобытным каменным «венерам», в коих подчеркивалось именно детородное начало (а зачастую попросту изображалась беременность).

Что же касается уже родившей женщины – матери (Богоматери в европейской иконографии!), то тут и спору нет: она нам являет самоотверженную любовь к чаду своему, Спасителю мира, или же просто (когда в эпоху Возрождения происходило обмирщение образа) к чаду своему, ибо вечная участь женщины – жертвенность, самоотдача. И даже во внешнем мире женщина-жена проявляется, как правило, не сама по себе, а через мужа и детей. Любопытно было бы собрать сведения о матерях всех великих людей и поглядеть, сколько в последующее величие великих вложено неведомых нам материнских забот!

Да! Как сказано в приведенной главе «Домостроя», женщине-жене приходится мало спать и непрерывно работать даже и при наличии в доме «рабынь», вставать до света и ложиться за полночь, надзирая за всем многоразличным хозяйством богатого дома: запасы, соленья, варенья, скотина, лошади, слуги, муж и дети наконец, которых надобно не только кормить, но и научать доброте и труду. Недаром слово «воспитывать» столь многозначно в нашем языке! Жизнь без отдыха, жизнь с полной самоотдачей, в которой и находит женщина истинное счастье свое, – как это возможно? Но ведь и завет Господень был первым людям: «в поте лица своего добывать хлеб свой». И только на этом пути, когда непрестанен труд «в поте лица», и творится все, что мы называем культурой человечества и без чего тотчас наступают оскудение, разорение и смерть!

Можно (и нужно!) говорить о героизме каждой женщины, исполнившей женское предназначение свое, и не только о тех девчонках, что в надрыв, под пулями, вытаскивали раненых с поля боя в минувшую войну. Недавно некий Семен Лазаревич громогласно усомнился в том: как это возможно, чтобы слабосильные девушки-санитарки вытаскивали на себе тяжелораненых грузных мужиков? Может, дорогой Семен Лазаревич! Может! И вытаскивали, и перевязывали, и спасали от смерти, и лечили, и ночами не спали над мечущимися в бреду ранеными, и дарили порою солдатам той войны мгновенную любовь:

Жалость-любовь, недаром и слово «жалеть» было столь многозначным в языке нашем! Дарили все, что могли, без остатка и без огляда, и вытянули, совместно с мужчинами-воинами, вытянули великую войну, спасли и фронт, и тыл, где засыпали, сутками простаивая у вертящихся станков, или, голодные, работали на полях, убирая урожаи («Все для фронта!»). И как-то кормили детей…

Много, ой много ложилось на плечи русской бабы в наших постоянных бедах: моровых поветриях, пожарах, голоде и холоде, когда, как той же Наталье Никитишне, приходило сутками не слезать с седла, прятаться и даже рожать в снегу, в лютый мороз приходило…

И передача традиций, навычаев, навыков, памяти предков тоже ложилось на плечи матери-жены! Думайте, мужики, сходясь с женщиной, девушкой ли, открывая ей пугающе сладкий мир любви (или насилия, или позора!): чего вы хотите от нее? И к чему придете, о чем станете думать, когда грозная старость осеребрит ваши виски и морщины изрежут чело? Помните, что с крушением женской жертвенности кончается все: и род, и племя, и память твоего народа.

Я не говорю тут о тех отрицательных женских свойствах, которые есть изнанка ее положительных. Домостроевщина, переходящая в скопидомство. Естественный период цветения, растянутый во времени, делает в конце концов женщину просто гулящей бабой. И у мужской половины человечества хватает с избытком этих теневых свойств национального характера! Я говорю о женщине-матери, издавна зародившей лучшие свойства национального русского характера. О женщинах-матерях, давших нам жизнь и воспитавших нас для этой жизни.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Европа 45
Европа 45
[О войне / Советская классическая проза]
Роман «Европа 45» – уникальная возможность вновь пережить эпохальные события последнего года Второй мировой войны, когда крах фашизма становился неизбежным. Но история разворачивается не на фронтах,
0
Мифы и легенды Урала для детей
Мифы и легенды Урала для детей
[Путешествия и география / Фольклор: прочее / Детская фантастика / Детская литература: прочее]
Есть на карте России особое место – Каменный пояс, где горы помнят больше, чем любой учебник истории. Лиза и Макс не поверили бы в это сами, если бы старый сундучок дяди-писателя не открылся прямо
0
Царь Федор Иоаннович и тайные корни Русской Смуты
Царь Федор Иоаннович и тайные корни Русской Смуты
[Исторические приключения / История]
Сложился необоснованный штамп – изображать царя Федора Иоанновича слабым и недееспособным, за которого правил Годунов, коварно уничтожая соперников. И вся эпоха правления получается тусклой, не
0
Четыре королевы. Книга 1. Смерть в библиотеке
Четыре королевы. Книга 1. Смерть в библиотеке
[Классический детектив / Исторический детектив / Детективы]
1938 год. В поместье английского баронета проходит благотворительный вечер. Здесь присутствуют все сливки общества, но главными фигурами являются ведущие – королевы детектива Агата Кристи, Дороти Ли
0
Это мог быть я
Это мог быть я
[Детективы / Триллер / Современная проза]
Корпоратив оборачивается кошмаром: убивают владельца крупной компании — парализуют редким препаратом, заставляя чувствовать все, а потом срезают кожу с лица и надевают на обездвиженное тело свиную
0
Убийство в «Розовом павильоне»
Убийство в «Розовом павильоне»
[Классическая проза / Старинная литература: прочее]
Во французском Экс-ле-Бэн во время спиритического сеанса убита богатая вдова – мадам Доврей. Ее компаньонка Целия Гарланд бесследно исчезла, что превратило ее в главную подозреваемую. По счастливой
0
Бывшие. Опасная беременность
Бывшие. Опасная беременность
[Триллер / Боевик / Любовные романы / Современные любовные романы]
– Ты беременна? Когда ты собиралась мне сказать? – Никогда! Разве ты не говорил, что от тебя нельзя забеременеть? – Ты меня спрашиваешь? – А кого спрашивать еще, Ян? Ты меня обманул? Чтобы я
1
Дело в отеле «Семирамида»
Дело в отеле «Семирамида»
[Классический детектив / Исторический детектив / Детективы / Старинная литература: прочее]
В одном из номеров фешенебельного лондонского отеля «Семирамида» обнаружена убитой миссис Блюменштейн – дама, обладающая большими деньгами и непомерными амбициями. Подозрение в совершении этого
0
Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете
Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете
[Научпоп / Документалистика]
Вы держите в руках не просто книгу про яды, а иллюстрированный сборник самых опасных веществ на планете и историй о них. В книге собрано более 80 авторских графических иллюстраций. Здесь вы
0
Развод. Ребёнок от толстушки
Развод. Ребёнок от толстушки
[Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
– Я так долго ждала этот момент, ты даже не представляешь, – но тут девушка приблизилась и тихонько, с ядом в голосе, проговорила. – Толстуха. Тебе понравится это шоу. Я широко раскрыла глаза, но
0
Доча от Бывшего. Попробуем снова?
Доча от Бывшего. Попробуем снова?
[Дом и семья / Секс и семейная психология / Любовные романы / Современные любовные романы]
– Садись в машину, нам надо поговорить, – потребовал он. – Что? – ахаю я. – О чём? – Как о чём? О нашей дочери, Ксюша! – Влада – только моя дочь! Понял, Кварцов? И с чего ты взял, что она
0
Мне можно всё
Мне можно всё
[Детективы / Триллер / Современные любовные романы]
Динамичный детективный триллер с любовной линией. У каждого из нас есть тайны. Удастся ли главным героям разгадать самые сокровенные тайны своих знакомых? И легко ли это сделать если один из
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Живое сердце
Живое сердце
[Детская фантастика / Героическая фантастика / Детские приключения / Попаданцы]
Вызволив Маркуса из плена, Вика с друзьями убегает из охваченной беспорядками столицы. У них в руках почти все осколки Сердца Восьмирья, осталось раздобыть всего несколько. И Вика даже знает где:
0
Даур Зантария
Даур Зантария
[Биографии и Мемуары]
Абхазский прозаик, поэт, журналист, сценарист Даур Зантария (1953–2001) ушел из жизни трагически рано, успев осуществить лишь малую часть того, что мог и задумывал. Ему пришлось разделить со своим
0
Города мертвых. Репортажи из концлагерей СС и интервью с выжившими узниками
Города мертвых. Репортажи из концлагерей СС и интервью с выжившими узниками
[Военная история / Документалистика]
Перед вами - сборник репортажей из Освенцима, Заксенхаузена, Саласпилса, Гросс-Розена, Киндер КЦ, Потулице, Майданека, Озаричей и других нацистских «фабрик смерти». А так же – личные разговоры с теми
0
Свет мой, зеркало, скажи
Свет мой, зеркало, скажи
[Русское фэнтези / Ужасы]
Жизнь 27-летней Катерины полна радужных планов, однако приезд бабушки Меликки из Карелии, вносит в реальность мистический диссонанс. И жених не тот за кого себя выдает, и бабушка не погостить
0
Отец моего бывшего парня. Наследник Империи
Отец моего бывшего парня. Наследник Империи
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
— Ты родишь этого ребенка, ясно? — Я тону в синеве его глаз. Сильная ладонь обхватывает горло, лишая меня кислорода. Испуганно попятившись, упираюсь лопатками в холодный камень стены. Быстро киваю и
1
Агент Их Величеств, часть третья
Агент Их Величеств, часть третья
[Самиздат / Детективная фантастика / Книги про волшебников / Стимпанк]
Следователь Фигаро, временно отстранённый от работы в качестве Агента Их Величеств в целях безопасности скучает в Нижнем Тудыме. От скуки он позволяет втянуть себя в довольно безответственную
2
Сознание и творческий акт
Сознание и творческий акт
[Психология]
Книга известного психолога В. П. Зинченко посвящена наиболее загадочным проблемам современной науки – сознанию и творчеству. Автор не предлагает легких решений, а неспешно продвигается и ведет
0
Духи и существа Японии
Духи и существа Японии
[Фольклор: прочее / Хобби и ремесла]
Очарованный Японией, ее культурой и пейзажами, известный современный иллюстратор Бенжамен Лакомб с юных лет мечтал проиллюстрировать сборник рассказов Лафкадио Хирна о духах и призраках Страны
1
Зажигалка для принцессы
Зажигалка для принцессы
[Современные любовные романы / Самиздат]
Какого это жить в обмане? Особенно, когда тебя обманывает родная мать. Взгляд на мир, из которого исчезли все краски, обернулся черно-белой картиной, где правда и ложь сплетены в неразрывный узел.
0
Приручитель женщин-монстров. Том 15
Приручитель женщин-монстров. Том 15
[Юмористическое фэнтези / Самиздат]
ФИНАЛ   "Жил-был не тужил. Охотился на монстров, качал бицепсы, и бац! Ты талант, ты приручитель иди в академию... Да вы офигели? Тут все монстры ссутся лишь от одного взгляда на меня. Как мне их
0
Отличная работа, Роберт!
Отличная работа, Роберт!
[Современная проза / Современные любовные романы]
Роберт Форестер "счастливый" наследник огромной корпорации Форестер&Ко, который должен познать компанию с низов. А чтобы "бестолковый" наследник не расслаблялся, ему назначают куратора. Бенджамин
1
Продавец слов: Она
Продавец слов: Она
[Современные любовные романы / Самиздат]
Школьные персикового цвета корридоры сталкивают лицом к лицу строптивых, скромных, вспыльчивых и артистичных подростков одного маленького городишки. Я расскажу вам школьную историю, такую же как у
0