— Какие изменения в группе армий «Юг»?
— В самом начале похода на Россию на южном фланге выступили шестая, одиннадцатая и семнадцатая немецкие армии, третья и четвертая румынские армии, первая танковая группа и только один венгерский корпус. Но, правда, теперь адмирал Хорти под давлением ставки фюрера согласился на приведение в боевую готовность еще и других венгерских дивизий.
— Нам нужны точные данные о численности танковых и моторизованных частей. Предоставят ли балканские союзники авиацию для поддержки? Какую? Сколько? Как осуществляется переход на выпуск военной продукции на румынских предприятиях? Начальник венгерского генерального штаба генерал Верт вел переговоры с немецким генеральным штабом. О чем?
— Но переговоры велись с соблюдением строжайшей секретности. Хильда, как вы о них узнали?
— Частично в переговорах принимал участие представитель Риббентропа. Но это я знаю неточно.
— Мне удалось заглянуть в протокол.
— Отлично, Удо. Я слушаю.
— Не знаю, иногда у меня такое чувство, что вы прекрасно обошлись бы и без моих сведений!
— Вы требуете для себя исключительного права? Но вы же не новичок. Только многочисленная информация из многих источников позволяет составить полную картину. Это вы знаете не хуже меня.
— Да-да. Вы умная женщина, Хильда, н не только умная.
— Осторожно! Вспомните средние века!
— Я неоднократно задавал себе вопрос, почему вы одиноки.
— Вы так думаете? Я что, похожа на существо среднего рода? Или на человека из реторты, на гомункулуса?
— Так, значит, мужчина все-таки был?
— Почему же «был»? А если он и сейчас есть?
Левитцов берет бутылку токая, наливает, протягивает один стакан Хильде:
— Я пью за женщину, которая остается для меня загадкой. Мы знакомы почти десять лет, а меня не покидает чувство, что настоящей Хильды Гёбель я так и не знаю.
— Вы рассчитываете на открытия за этот уик-энд?
— Я надеюсь на приятные неожиданности.
— Не буду лишать вас надежды, но я бы хотела наконец послушать содержание протокола совещания.
— Вы неисправимы!
— Кто знает, была бы я лучше, если бы была иной?
На лестнице слышатся тяжелые шаги.
— Мы что, не единственные гости?
Шаги приближаются к комнате и стихают. Раздается стук в дверь.
— Это не хозяйка!
Стук становится сильнее, грубый голос за дверью кричит:
— Откройте! Полиция!
Хильда не теряет присутствия духа. Она готова к любым неожиданностям. Едва слышным шепотом она спрашивает:
— У вас есть с собой документы, записи?