— Следы? — предположила я, оглянувшись на тропу позади нас. В мягкой грязи оставались чёткие отпечатки его ботинок. — Земля сырая. Это ведь хорошо, правда?
— И да, и нет. Следы могли бы показать, что кто-то здесь был. Может, Кормак. А может, кто-то другой. Скорее всего, я бы преследовал другого человека. Кормак держался бы глухих лесов, где на земле мягкая хвоя и меньше шансов оставить следы.
— Интересно, — пробормотала я.
Всё детство я исследовала ранчо, подростком часто ходила в походы и каталась верхом. Но мне ни разу не приходило в голову задуматься о следах, которые я оставляла. Или о том, как их скрыть.
Мы шли молча, пока местность не стала круче. Когда Вэнс достал мою бутылку с водой, у меня на висках выступили капельки пота под шапкой.
А он даже не выглядел уставшим. Вот так, наверное, он и поддерживал своё великолепное тело в форме. Неудивительно, что у него хватало выносливости сводить меня с ума часами каждую ночь. Да здравствуют походы.
— Давай сделаем перерыв, — сказал он, подойдя к упавшему дереву и смахнув ботинком кусок гнилой коры.
— Я могу идти дальше.
— Сядь, — приказал он. — Тебе ещё понадобятся силы позже.
— Почему? Что будет позже?
Я обернулась, заметив вдалеке скалу. Мы же не собирались туда лезть, правда?
— Позже я трахну тебя на этом твоём шикарном диване в гостиной.
— Оу, — мои щёки вспыхнули. — Позже.
Вэнс подмигнул мне так игриво, что сердце заколотилось быстрее. Я села на бревно, пока он привалился к стволу соседнего дерева.
— Есть хочешь? — спросил он.
Я пожала плечами.
Он порылся в рюкзаке, достал два батончика и бросил один мне, прежде чем разорвать обёртку на своём. Он ел не торопясь, как будто не спешил снова отправляться в путь.
Сегодняшний день был вовсе не о поисках, да?
Он знал, что мне нужно было выбраться из кофейни. Или, может быть, он понимал, что мне нужно было провести время в этих горах, чтобы вернуть их себе.
— Сколько лет вы были напарниками с Кормаком? — спросила я.
— Семь, — его взгляд помрачнел.
— Мы можем не говорить о нём.
— Нет, всё нормально.
Он смотрел в лес, и взгляд его стал отрешённым.
— Я давно о нём не говорил. Старался не говорить.
— Правда, не обязательно.
Он скомкал пустую обёртку и сильнее привалился к дереву.
— После академии я пару лет занимался обычной рутинной работой, доказывал, что чего-то стою. Я встретил Кормака на рождественской вечеринке в департаменте. Мы разговорились, и я сказал, что хочу работать в лесном подразделении. Через неделю он взял меня в поход. Снега было по пояс. Холод собачий. Он заставил меня выложиться на полную, и я не отставал до самого верха. Вид того стоил.
Голос его стал тише, словно он осторожно касался воспоминаний, боясь их потревожить.
— Я не сразу понял, что это был тест. Кормак замолвил за меня словечко, и летом меня перевели. Он стал моим наставником. Напарником. Другом.