Вэнс смотрел на экран, не моргая, будто не верил своим глазам. Затем он слегка наклонил голову, прищурившись.
— Он всё ещё здесь.
Моё сердце сжалось.
— Ты уверен?
— Уверен.
Мы оба продолжали смотреть, не отрываясь.
На камере Кормак не шевелился, чтобы вытащить ловушку из воды. Вместо этого он присел. Местность была освещена луной. Должно быть, именно поэтому он пошел проверить ловушку. Было достаточно светло.
Только что он сидел на корточках, а в следующую секунду встал и изогнулся. Двигался только его торс, когда он осматривал местность. Затем его взгляд переместился на деревья, окружающие его, как будто он что-то искал. Как будто он чувствовал, что мы наблюдаем за ним.
Какие бы следы мы ни оставили, они должны были быть занесены снегом. Он никак не мог догадаться, что мы там были, верно?
Только Кормак был так пугающе неподвижен. Каждое движение было таким обдуманным. Земля вокруг него была покрыта белым, но я не могла разглядеть никаких следов. Как он добрался сюда, не оставив следов?
Он шагнул, и я получила ответ. Его ноги были в воде, и поток лился ему на ботинки. Быстрым движением он схватил ловушку и сунул ее под мышку. Затем перешел от одного прозрачного камня к другому, осторожно выбираясь из поля зрения камеры.
— Проклятье.
Вэнс отложил телефон и провёл рукой по волосам.
— Он мог заметить камеру?
— Я не знаю, — его ноздри раздулись. — Сомневаюсь. Но что-то его напугало.
— И что теперь? Ты пойдёшь за ним?
Он повернулся к окну над раковиной, уставившись в тёмный двор. Его плечи напряглись, челюсть сжалась. Молчание затянулось, но затем он выпрямился и, кивнув, взял свой телефон.
Тот, кому звонил Вэнс, ответил после нескольких гудков. Я услышала приглушённый, но знакомый голос.
— Уинн, — сказал Вэнс. — Прости, что разбудил. Я нашёл Кормака.
Я нашёл Кормака.
Одно предложение. Как долго я ждала этих слов? Сколько раз я молилась, чтобы его поймали?
Но вместо облегчения я почувствовала, как сердце разрывается.
Моё сердце.
Это был конец. Увижу ли я Вэнса снова? Вернётся ли он?
Пока он разговаривал с Уинн, я изучала его профиль, запоминая каждую черту. Прямой, мужественный нос. Чёткий изгиб губ. Угол скул. Тёмные ресницы. И этот непослушный локон, который всегда падал на лоб.
Его свободная рука обвилась вокруг моих плеч, притягивая меня ближе.
— Да, я с Лайлой, — сказал он Уинн, ожидая ответа. — Мы уже едем.
Он закончил разговор и отложил телефон, вновь заключив меня в объятия.
Мои руки обвили его узкую талию, и я спряталась в его груди, вдыхая аромат его кожи и удерживая этот запах, пока не начало жечь лёгкие.
Его губы коснулись моих волос.