Когда она расцветает: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Похоже, я сошел с ума из-за потрясающего лица и тела, выкованного в глубинах моих фантазий.

Как я мог допустить это?

Я притягиваю Мартину к себе и вдыхаю ее запах, чтобы смягчить неистовый гнев, который пронзает меня, как удар грома. Мои ноздри раздуваются. Не хватает даже ее привычного запаха, запаха дома и всего хорошего в этом жалком мире. Я медленно перевожу взгляд обратно на Але.

Она смотрит на нас так, словно увидела привидение.

Я сжимаю кулак рядом с собой.

— Я могу объяснить, — говорит она хриплым голосом.

Я заставляю улыбку скривить губы.

— Я уверен, что это всего лишь недоразумение, — говорю я, сжимая бедро Мартины, чтобы дать ей понять, что я лгу. — Вы оба, садитесь. Я принесу тебе воды.

Лицо Але смягчается с облегчением. Она купилась на это, а это значит, что она должно быть думает, что я доверчивый идиот. Почему бы и нет? Все это время она дурачила меня.

Они садятся, а я направляюсь к барной тележке в углу своего кабинета. Пока они молча смотрят друг на друга, я печатаю сообщение Расу. — Офис. Срочно.

Черт. Женщина, внутри которой я был меньше часа назад, замужем — замужем — за никчемной кучей дерьма, которая похитила мою сестру, когда она была на выпускном в Нью-Йорке. Замужем за человеком, который убил лучшую подругу Мартины и забрал мою сестру в подвал, чтобы подвергнуть ее, как я подозреваю, часам жестоких пыток. Кислый вкус наполняет мой рот. Але последовала за ней на Ибицу, чтобы закончить работу? И я привел ее прямо к моей сестре. Чувство вины обвивается вокруг моего горла, как петля.

Я открываю маленькую металлическую коробочку, спрятанную за бутылкой из-под виски, и достаю успокоительное. По опыту знаю, что в растворенном виде он безвкусен. Я наполняю два стакана минеральной водой, раздавливаю таблетку между указательным и большим пальцами и сыплю порошок в один из стаканов. Пузырьки маскируют любые остатки.

— Я так рада, что ты в порядке, Мартина, — говорит Але позади меня.

Я должен остановиться и сделать глубокий вдох, чтобы не ударить ее по лицу. Как она смеет произносить имя моей сестры таким лживым ртом?

Она смотрит на меня. Я протягиваю ей воду с наркотиком и снова улыбаюсь. Клянусь, каждый стоит мне года жизни. Такое ощущение, что на моем лице вырезана рана.

Я беспокоюсь, что она будет пить стакан дольше, чем я могу себя контролировать, но она делает мне одолжение, выпивая все за один раз. У нее легкая дрожь в руках. Я представляю, как связываю их грубой веревкой и наблюдаю, как она истекает кровью, борясь с оковами.

Мартина делает маленький глоток и поднимает голову, чтобы посмотреть на меня. Она ждет моих указаний. Моя милая, нежная сестра.

Когда она вернулась ко мне, я поклялся ей, что заставлю виновных заплатить за то, что они сделали с Имоджин и с ней. Она не знала, кто ее забрал. Они вырубили ее после того, как застрелили Имоджин, и когда она пришла в себя в том подвале, успокоительное еще не полностью выветрилось, и ее воспоминания об этом человеке были смутными. Но она вспомнила женщину. Та самая, которая казалась сообщницей, пока не застрелила похитителя и не помогла ей сбежать.

Мари не знает, почему женщина помогла ей, но я прожил достаточно долго, чтобы знать, что в нашем мире бескорыстные добрые дела так же редки, как тихая ночь на Ибице. Никто не делает ничего подобного, если это не в его личных интересах. У Але, должно быть, был скрытый мотив, когда она освободила мою сестру.

И я сделаю все, что нужно, чтобы понять это.

Але откидывается на стул.

— Я чувствую себя странно, — говорит она, когда ее веки начинают опускаться.

О чертовом времени.

Я встаю перед ней на корточки и обхватываю руками подлокотники кресла. Я не доверяю себе прикасаться к ней прямо сейчас. Мартине не нужно видеть, как ее брат справляется с никчемными лжецами.

— В чем дело? — я спрашиваю.

Ее голова болтается, прежде чем ей удается поднять ее обратно. — Я не чувствую ног и рук.

Впервые с тех пор, как Мари закричала, я позволяю маске упасть. Але медленно хмурится, когда она видит мое выражение.

— Дамиано… что со мной происходит?

— Успокоительное распространяется по кровотоку.

Страх вспыхивает в ее глазах, и на мгновение она выглядит такой испуганной, что я чувствую слабый приступ жалости. Но потом я вспоминаю, кто она такая, и раздавливаю эту жалость, как назойливую муху. — Ты обещала мне объяснение.