Я сдерживаю возражение. Де Росси, возможно, был груб, но, тем не менее, он дает мне шанс. Я не собираюсь жаловаться на него одному из его сотрудников.
Говоря о…
— Так что ты здесь делаешь? — спрашиваю я Раса.
— Моя официальная должность — генеральный менеджер и глава службы безопасности в Revolvr, но я занимаюсь разными вещами.
Он останавливается у женского туалета, где седовласая уборщица возится с тележкой, наполненной моющими средствами.
— Вот и мы, — говорит Рас. — Але, познакомься с Инес. Она работает начальником дневной смены в нашей команде сторожей.
Он тепло улыбается невысокой женщине средних лет. — Инес, это Але Ромеро. Она только что присоединилась к вашей команде.
— Приятно познакомиться, — говорю я, не теряя ни секунды, и пожимаю Инес руку. Я ожидал, что Де Росси заставит меня работать одной из тех девушек, обслуживающих бутылки, но хранительница сойдет. Я знаю, как чистить. Я часто помогала Лорне вернуться в дом Лазаро, хотя она меня за это отчитывала. Это лучшее, что есть у Де Росси?
— Отлично, — говорит Рас, залезая в тележку. — Вот твоя форма. Твоя смена начинается через десять минут.
К тому времени, когда я выхожу, одетая в подходящее сочетание небесно-голубых брюк и рубашки с короткими рукавами на пуговицах, Инес уже ждет меня с другой тележкой.
Она смотрит на меня поверх очков в прозрачной оправе. — Сеньор Рас велел мне поместить тебя в комнату с манекенами.
— Меня устраивает.
Я понятия не имею, что такое Манекен-комната, но, насколько мне известно, одна комната такая же, как и все остальные.
— Все припасы здесь. — Она толкает тележку ко мне. — Иди мимо розовых дверей вон там. Если у тебя есть какие-либо вопросы, приходи в главную комнату, я буду там работать.
— Спасибо.
Она улыбается мне — не кажется ли это немного жалостливым? — и уходит, слегка прихрамывая.
Как только я вхожу в комнату, ее прощальная улыбка обретает гораздо больше смысла.
Пространство невелико, может быть, достаточно для сотни или около того человек, но пол усыпан конфетти. Там, где на него пролили спиртное, месиво, а в одном из углов я обнаруживаю мокрую кучу того, что могло быть только рвотой.
Это отвратительно, но чего Де Росси не знает, так это того, что я видела достаточно отвратительных вещей, чтобы сделать мой желудок стальным.
Я приступаю к работе. В тележке есть все, что мне может понадобиться. Сначала я подметаю пол, а потом достаю швабру. Когда я открываю бутылку с хлоркой, запах пробуждает воспоминания, но я их сдерживаю.
Голос де Росси плывет в комнату. — Я едва узнаю тебя в этой форме, Ромеро. Достаточно?
Я оборачиваюсь и останавливаю свой взгляд на роскошно одетой фигуре Де Росси. Внезапно я слишком хорошо осознаю волосы, прилипшие к моему мокрому лбу, и плохо сидящую форму, сделанную из ткани, которая не дышит. Он бросает на меня сардонический взгляд, как будто думает, что все, что ему нужно сделать, это слегка подтолкнуть меня, и я сломаюсь.
— Вовсе нет, — говорю я, натянуто улыбаясь ему. — Это был отличный день до сих пор.
Его губы дергаются, и он смотрит на пол комнаты. — Ты немного промахнулась здесь.
— Где?
— Прямо здесь. — Он указывает. — Качество, Ромеро. Я не нанимаю людей, которые недооценивают свою работу.
Он хочет унизить меня. После того, что я сделала для Лазаро, у меня не осталось гордости.
Я опускаюсь на колени перед Де Росси, стараясь сохранить улыбку на лице. — Спасибо за ваш совет. Я позабочусь об этом.
Выражение его лица меняется, и на мгновение он выглядит немного встревоженным. Или, может быть, он просто разочарован тем, что его придирки не дает того эффекта, на который он надеялся.
Я хватаю тряпку и начинаю тереть пятно. Какая-то порочная часть меня наслаждается всем этим. Давайте будем откровенны, я хочу жить, но я знаю, что я стерва. Убийца, мучитель, морально несостоятельная трусиха. Я никогда не прощу себе того, что я сделала с этими людьми, преступники они или нет.