Он послушался. Он бы и так составил ей компанию, просто потому, что она была гостьей и так положено. Но он сделал это еще и потому, что считал ее очень крутой.
– Ты связала простыни в веревку и выбралась из окна.
– Пришлось.
– Не каждый бы смог. Это круто. Ну, в смысле, они тебя похитили, а ты их перехитрила.
– Они думали, что я глупая. И не скрывали этого.
Раз уж Кейт не проявила интереса к куриной ножке, Диллон решил ее доесть.
– А ты совсем не глупая. А как выглядел тот дом?
– Кажется, меня держали в дальней комнате, оттуда мне были видны только деревья и холмы. Свет не включали. Спускаясь, я заглянула в окно на кухне. Она была не такая приятная, как ваша, но все равно ничего. Вот только… я не знаю, где стоит тот дом, мне пришлось плутать между деревьями, поэтому я не смогу показать, где это. И я не знаю, сколько проспала после этого укола.
В ее голосе все еще слышался страх, но теперь к нему добавилась усталость. Диллон принялся размахивать куриной ножкой, чтоб не дать ей задремать.
– Уверен, что полиция найдет и дом, и этих злодеев. Мы дружим с шерифом, и он очень умный. Может, похитители даже не знают, что ты сбежала.
– Может быть. По телефону он сказал кому-то… – Она нахмурилась, пытаясь вспомнить.
Тут Джулия вернулась в комнату с телефоном в руке.
– Кейтлин, кое-кто хочет с тобой поговорить.
– Это папа? – Кейт выхватила телефон. – Папа! – Слезы вновь градом покатились у нее по щекам, а Джулия принялась гладить ее по голове. – Со мной все в порядке. Мне удалось сбежать от них. Я бежала и теперь нахожусь у Джулии, бабули и Диллона. Ты приедешь? Ты знаешь, где я?
Джулия наклонилась, поцеловала Кейт в макушку и сказала:
– Я сейчас подробно объясню ему, как ехать.
– Бабуля делает омлет. Так есть хочется. Я тоже люблю тебя, папа.
Она отдала телефон Джулии и утерла слезы.
– Он плакал. Я никогда раньше не слышала, чтобы он плакал.
– Это слезы радости. – Бабуля поставила перед Кейт тарелку с омлетом и тостами. – Потому что его малышка в безопасности.
Девочка проглотила омлет, пока бабуля готовила остальное.
Она съела яйца, тосты и только принялась за пирог, который поставила перед ней Джулия, как раздался стук в дверь.
– Похитители…
– Не стали бы стучать, – успокоила ее Джулия. – Не волнуйся.
Но когда Джулия направилась к двери, у Кейт в груди все сжалось, как будто кто-то специально на нее надавил. Диллон взял ее за руку, и она крепко стиснула его ладонь. Когда же Джулия открыла дверь, Кейт задержала дыхание, хотя знала, что от этого боль в груди только усилится.
Но все отлегло, когда она услышала голос отца.
– Папа!
Она спрыгнула со стула, пробежала через кухню, бежала к нему так, как бежала к деревьям за тем домом. Он поймал ее, закрутил в объятиях и крепко-крепко обнял. Она чувствовала, как он дрожит, чувствовала щекой его колючие усы. Чувствовала, как его слезы смешались с ее слезами.
Кто-то еще заключил ее в объятия – такие теплые и родные.
Дедушка.