Неисправимые: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И вообще, я себя последним человеком не считал. Потому что умел добывать деньги и ни разу не попался. Ну, и ребята меня слушались. Что скажу — баста, хотят, не хотят, а сделают.

А тут вы: «Коля, так не хорошо». И сразу я вроде из большого маленьким стал. Хоть бери за ручку. Только некому было взять. Вам я не верил, мать не уважал.

Прихожу — она стирает в коридоре. Юбка обвисла, кофта порванная, волосы из-под платка выбились, на лоб лезут. Она отведет их мыльной рукой и опять рубаху по доске возит.

Я постоял, посмотрел, и чего-то жалко мне ее стало, будто первый раз увидел. Старой она мне показалась в тот вечер. Помог вылить воду в ведро, вынес на улицу. Скажи она мне в ту минуту ласковое слово — что хочешь сделал бы. А она:

— Где шлялся?

Ну, и я так же:

— Тебе что? Знаю, где ходить.

Есть захотел. На плите картошка стояла в кастрюле, холодная, аж посинела.

— Подогрей, — говорю, — мам, на сале.

— Без сала пожрешь.

Без сала, так без сала. Потом все же велела примус разжечь. У нас примус в коридоре стоял, на табуретке. Я стал разжигать, а она пошла лук резать.

У Тараниных опять была пьянка. Борька тянул одну песню, его отец — другую. Они любили так, каждый — свое. Мать вышла со сковородой, покосилась на их дверь. Она Тараниных всегда ненавидела. И тут не удержалась:

— Ворюги несчастные. И на меня:

— Не смей с ними водиться! Узнаю — убью.

А я, знаете, какой? Если на меня заорать, я на вред сделаю. Ага, не смей? Вот возьму и пойду. Борька как раз выглянул, подмигнул мне. Только мать в комнату — я к Тараниным.

Борькин отец вроде как обрадовался:

— А, Мор-ряк, герой! Выпить хочешь?

И налил мне целый стакан. А мне что — не первый раз. Выпил до донышка.

Гость у них был — Петька Зубарев. Они тогда с Борькиным отцом только недавно из тюрьмы вернулись. Петька у Тараниных часто бывал: за Аллой ухаживал. И в этот раз сидел с ней рядом, обнимал на глазах у родителей. Алка визжала, а Киреевна была пьяная, не обращала внимания.

Таранин милицию ругал, Борька уж сказал ему, что я в детскую комнату ходил.

— В милицию вызывали? У, гады. Мою жизнь изувечили, теперь до сына добираются. Борька, не попадайся им. Ты не воруй. Лучше иди работать. Умеючи-то и без воровства прожить можно.

А Борис ему:

— Сам-то не идешь.

Отец на него прикрикнул:

— Не твое дело рассуждать! А меня слушай. Я вот…

Киреевна его за рубаху дернула:

— Ты бы помолчал.

Борька меня спросил:

— Что она тебе напевала?

Я говорю: