– Да какие там наработки! … Так. Ерундовая переделка.
– А реактор?
– А что реактор? … Это моя собственная разработка. Часть моей научной работы еще в универе. Тот, что тебе на плечи одевали, слаб совсем и весьма небезопасен. Я его перебрал и усовершенствовал.
– Ты ж оставил концепт своего детища на базе? – уже более спокойно спросила его Марта.
– Нет – как-то тихо ответил Алексей. – «Папе» это не нужно.
– А знаешь, почему мои родители тоже все образцы и формулы с собой забрали?
– Почему?
– Потому что «папе» это было не нужно… Мало ли что нужно или не нужно Антонову! А что, если мы сгинем тут в Маре-Бореум, как родители!?
Алексей слегка поежился от этой мысли, но взял себя в руки.
– Все претензии к самодуру-командиру, а не ко мне! Я ученый, а не военный! … Если кому-то не нужны мои наработки, я не навязываюсь! Но и оставлять интеллектуальную собственность там, куда не вернусь, не буду!
– Хочешь поговорить о «папе»!? Что ж! Давай! – возмутилась Марта услышанному. – Ты получил задание придумать эффективный теплоотвод для моего «горба». Вместо этого ты взялся за изготовление собственного реактора, разобрав при этом тот, что был. Затем ты самовольно разобрал «Мангуста». Забрал кучу ценного материала со склада, чтоб соорудить прототип ручного лазера… Тебе при этом никто не мешал.
– Тот «Мангуст» был разбит! Мы его приволокли на буксире еще тогда! … И это все часть моей работы, как инженера! … Я ж для общего дела старался!
– Никто ж не спорит! … Потом ты показываешь свое детище Антонову и ожидаешь похвалы? А, позволь спросить, за что? … Ты выполнил поставленную задачу!? Нет! Может ты решил другую проблему с магнитной катушкой на центрифуге, с которой застрял твой товарищ Майкл!? Тоже нет! … Тебя от позора спас Томас, который вписался за твое детище, потому что им как раз нечто подобное нужно для рейдов по Маре-Бореум. Он милостиво покрыл часть расходов «папе», чтобы тот не разорвал тебя на кусочки за бездумную трату ресурсов.
– Трату ресурсов!? А как вы хотели!? Или я должен только на компьютере заготовки делать, а!? … Я подготовил рабочий прототип, как и должен был!
Герметичный шлем экранировал громкие голоса, посылаемые ими друг другу через радио-эфир. Но, судя по движениям и шевелениям спящих бойцов, Алексей догадался, что надо бы начать говорить потише. Марта словно прочитала его мысли и так же понизила голос:
– Алекс, ты ж не слепой. Ты ж видишь, каково сейчас доставить на базу припасы… Не ужели ты думаешь, что боевая машина для рейдов – это то, что нужно нам сейчас после очередного прорыва марсиан в тыл?
– Я не военный, а ученый-инженер. Я делал свою работу, как ее увидел и как понял… Может именно поэтому мое место не на «Марсе Северном», а на Тэйл-Форт, где ресурсы в достатке, и есть свобода в творчестве.
Оба умолкли почти одновременно.
– Алекс, зачем ты так? Ты ж знаешь, что не прав… Твой друг Майкл знает… Я только теперь поняла, что ты наделал.
– Я такой, какой есть. Зато ничего не скрываю и говорю правду, даже если она кому-то не нравится.
– Ты ж от меня тоже узнал, что хотел.
– Да? Серьёзно? … Ты Дена любила?
– Блин! Да какое это имеет отношение к теме разговора!
– А чего ты скрываешь, если и так все ясно?
– Я не скрываю, а просто не хочу об этом говорить с тобой, хотя…
Она внезапно сама осеклась. Алексей тут же ухватился:
– Хотя что? Продолжай, что ж ты?
– Если бы тогда, в то утро, ты не вел себя, как мудак, то я бы тебе все рассказала. У меня настроение всегда хорошее после секса.
Эта откровенность неприятно всколыхнула Алексея. «Ну и потаскуха! Даром, что мартышка!». Марта заметила его ступор и улыбнулась:
– Я так и знала, что ты жалеешь, что отказался… Тебя извиняет молодость и неопытность… А еще ты, красавчик! У тебя лицо воина, но никак не инженера! Тяжелая скула и мягкий взгляд. Волевой подбородок и некая брутальность… Что? Приятно услышать такую правду от командира-женщины?