Марта кивнула головой.
– А ты туговат умом, да? – хохотнула она.
Алексей проигнорировал сарказм. Марта продолжила:
– И таким образом я из простой дочки именитых родителей превратилась в уникального бойца, который отлично переносит повышенные дозы радиации.
– Ух-ты! … Что ж ты сразу тогда не сказала! Я ж озаботился проблемой твоего повышенного облучения!
Марта, услышав подобную претензию, строго посмотрела на Алексея. Улыбка сползла с ее лица.
– Тебе так сразу и сказали, решить проблему с теплом. А ты сам себе в уме надумал, что надо побороть еще и радиацию… Вроде умный, а сам не догадался, что я немного с особенностями, раз мне одевали этот «горб» на плечи, а? … Или ты думал, что у «папы» такая особенная форма садизма над женщинами, а?
Марта рассмеялась, но негромко, чтобы не портить общую атмосферу сна. Алексей молчал. Ему было слегка неуютно от этих слов. Он покосился на остальных двух из отряда. Они спали.
– Почему только ты? Есть и другие на базе. Почему они не воспользовались терапией? – снова спросил Алексей.
Марта вздохнула. Алексей заметил, как ее скафандр качнулся от этого вверх-вниз.
– Как я уже тебе сказала, родители договорились о продаже формулы ФАШиК. Они отправились в путь, захватив с собой все образцы и данные. Меня и пустую лабораторию оставили на базе. Я тогда уже была частью отряда. Ден как раз закончил этот МОРП-горб.
Она резко запнулась, но быстро перескочила собственную фразу и закончила мысль:
– В итоге никто ничего не получил, а останки родителей теперь покоятся на Маре-Бореум среди бескрайних снегов северного Марса.
Алексей уловил упоминание некой личности и тут же уточнил:
– Ден? Это кто?
– Уже никто.
– А все же?
– Блин, Алекс, какой же ты дотошный. Прешь как бронетранспортер… Вот, тебе дело?
– Ты его упомянула. Я уточнил… Не хочешь, не говори.
– Денис Горкин. Он один из тех инженеров, погибших полгода тому… Они вели несколько проектов, в том числе и МОРП-пушку.
Алексей заметил, как Марта слегка отвернулась в сторону от него. Ее голос слегка вздрагивал при рассказе об этом Денисе.
– Ты его любила, да? – внезапно уточнил Алексей, чисто машинально.
Марта совсем отвернулась и больше ничего не говорила. «Ну ясно. Ну, мартышка. Влюбчивая какая… Знал бы он, как ты себя ведешь, в гробу перевернулся бы!». Алексей все понял и решил вернуться к теме родителей.
– М-да… Предки твои, конечно, феерически пролюбили достижение десятилетия, если не столетия – вздохнул Алексей. – ФАШиК, небось, радуется полученному патенту и формуле.
Марта, услышав столь нелесное высказывание о своих родителях, внезапно повернулась и прямо таки впилась в его лицо глазами. Он сразу заметил в них блеск от слез даже сквозь темное стекло.
– А ты сейчас не то же самое делаешь, а!? – резко выпалила она.
Голос ее огрубел. Алексей слегка испугался, замялся, но быстро нашелся и парировал:
– Нет! Это все «папа»! Он меня сам выгнал из базы!
– И ты, конечно же, все наработки по своей «Урве» и по отсекателю забрал с собой! – «пилила» его Марта.
Алексей начал растерянно бегать глазами, но быстро сообразил и снова отбил выпад: