— Так вкуснее, — подмигивает в ответ.
А потом…
Возвращает похищенную ранее конфету.
И я послушно разомкнув губы принимаю её.
В моем организме, который не привык к таким экспериментам, происходит мощный взрыв.
Чувства, которые я сейчас испытываю — трепет, смущение, возбуждение, отрицание, желание, стыд, и ещё десяток чувств, которые сейчас самой идентифицировать очень трудно — они разлетаются бурей по всему моему телу.
Глава 18
Алиса
Прогуляв пары, я остаюсь в неведении о том, что произошло с Лерой.
Именно в тот момент, когда мы с Яриком беззаботно гуляли по парку и ели разные вкусности, Леру везли в больницу. Об этом я узнаю на следующий день…
Лера: «Привет, не теряй, я в третьей клинической)».
Перечитываю строчку ещё раз. Как так? Что произошло?
Набираю её номер, руки трясутся. Первый раз промахиваюсь, со второго раза всё-таки нажимаю на трубки. Гудок, ещё один. Внутри всё холодеет.
— Ало, — наконец слышу на том конце провода, почти весёлый голос подруги.
— Как ты? Что случилось? Почему в больнице, — выпаливаю это кажется за секунду.
— Ого, это что сейчас за скороговорка была, — прыскает Лера в трубку.
— В общем, в универе стало плохо, оказался аппендицит, так что я после операции чилю в випке.
— Чего? В какой випке? — я явно что-то пропустила.
— Серьезно, Алис? Всё, что ты услышала — это то, что я лежу сейчас в вип-палате, — недовольно фыркает Лера.
— Прости, я просто в целом в шоке от новостей, как себя чувствуешь? — пытаюсь исправить ситуацию.
Это разговор не по телефону.
— Во сколько у вас разрешено посещение? Я к тебе приеду.
— Да хоть щас можешь приехать, так что я жду, — прощаюсь ненадолго с подругой и иду собираться.
Не знаю можно ей сейчас что-то из десертов, а спросить попросту не додумалась. Но по дороге в больницу, всё-таки захожу в кофейню и покупаю любимый десерт Леры — наполеон.
И виноградный чай.
…
Прохожу в палату, бахилы неприятно шуршат, и пытаются сползти с подошвы кроссовок.
— Привет, ну как ты? — смотрю на Леру, из-за белизны стен и почти чёрных волос, бледность её лица усиливается в несколько раз.
— Сейчас всё в норме, — немного приподнявшись к изголовью кровати, произносит она.
— Я тебе твой любимы наполеон принесла, — трясу пакетом в воздухе и ставлю его на прикроватную тумбу.