Житье-бытье мальчишечье (Повесть, рассказы): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он на второй же день пошел в военкомат. Там, узнав, что Никитин работает инженером на металлургическом заводе, даже не стали с ним разговаривать.

Тогда Михаил Иванович отправился в горком партии, уговорил, хотя и с трудом... И все же его не взяли. Как ни скрывал свою болезнь, врачи обнаружили ее.

Михаил Иванович перестал бывать в военкомате. Потом Юрка узнал, что в военкомат ходил и Алексей, просился на фронт. Его там выслушали, заглянули в паспорт, похвалили и сказали, чтобы заходил... когда стукнет восемнадцать.

Юрке стало жалко брата: такой большой, а не берут. Так что ему, Юрке, и думать нельзя...

У Михаила Ивановича состоялся разговор со старшим сыном. Он посоветовал Алексею не ходить больше в военкомат, а продолжать учебу в школе.

— Пойми, Алеша,— сказал он ему,— войне не век тянуться, закончится. Опять мир наступит. Тогда образование ох как пригодится.

Старший сын, обычно спокойный и выдержанный, загорячился:

— Папа, я знаю, что расколотим мы этого проклятого Гитлера. Но сейчас идет война, и не могу я быть в стороне. Как это так? По советской земле гад ползает, а из нашей семьи никого на фронте нет.

Тут Алексей заметил, что лицо отца помрачнело.

— Прости, папа,— виновато сказал он.— Я не хотел тебя обидеть. Тебе нельзя: ты болен. А я? Посмотри!— сын протянул свои крепкие руки.— Разве ими перышком пописывать? Если уж меня не берут в армию, то на завод ты меня должен устроить. А учиться я обязательно буду. Только не в школе...

После этого разговора Алексей поступил учеником токаря. Тогда же он записался в Ижевский аэроклуб: знающие люди намекнули, что оттуда легче попасть на фронт. Да это и совпадало с его мечтой об авиации.

Но все перечеркнул случай. При обработке детали малюсенькая стружка, похожая на запятую, стрельнула в глаз. Ее сразу удалили, пропала даже краснота, но глаз на большом ветру слезился. Пришлось Алексею попрощаться с небом — и навсегда...

Хотя в военкомате давно уже перестали разговаривать с ним, он по-прежнему обивал там пороги. И однажды Алексей вернулся оживленный и взволнованный: ему обещали, что направят в танковое училище.

...За окном стылая ночь, а в кровати уютно и тепло, как на печи. В такую пору спится особенно крепко. Конечно, Юрка не какой-нибудь засоня. Не то что Галка.

Та ложится еще до десяти часов вечера. Правда, поднимается раненько. Юрка обычно после ужина, когда нет дел по дому, уткнется в книгу и читает до полуночи. А по утрам его будят не добудятся.

Бессовестно проспал Юрка в день отъезда старшего брата в училище. Он долго бы еще сопел носом, не разбуди его Галка. Со сна Юрка плохо понимал, что она говорит.

— Ладно, пусть спит, не мешай, Галя,— сказал Алексей. Крепко чмокнул брата в теплые щеки, погладил по голове, поправил одеяло и вышел. А тот снова окунулся в сон, как в теплую воду...

Второй раз в этот день Галка разбудила Юрку, когда часы показывали четверть восьмого. Пора было собираться в школу, хотя в комнате все еще стояла темнота. Юрка нехотя вылез из-под одеяла, спустил ноги с кровати. Обычно они чуток не доставали до полу. А тут вдруг уперлись. Неужто он вырос за ночь? Юрка вскочил и сразу почувствовал, что стоит не на полу. Наклонился и нащупал какие-то дощечки. Уж не подшутила ли Галка? За ней не станет. Юрка щелкнул выключателем... Неужели он все еще спит? Неужели это только сон? В слабом электрическом свете он увидел у своей кровати лыжи — небольшие, малинового цвета, с круто загнутыми носками. Юрка протер глаза, со страхом ожидая, что лыжи исчезнут. Но они не исчезали. Он без всякой жалости ущипнул себя в бок. И тут же ойкнул от боли и счастья: лыжи по-прежнему лежали на полу.

Это были первые в Юркиной жизни настоящие лыжи. До этого он катался на самодельных. Вырезал их старший брат из фанеры от старых, бросовых решет. Выглядели они неуклюже, как утюги, однако скользили не хуже фабричных. Ясно, что с крутых гор на них не покатаешься, голову потерять можно. Зато по горке, что была у них на улице, Юрка носился лихо, как метеор. Правда, когда поглядывал на горы, что белели за домами, ему становилось очень грустно... И вот сейчас он сможет покататься с них.

— Галка!—закричал он во всю мочь.— Гляди, у меня-то что!

Сестренка появилась быстро. Поняла, в чем дело,, равнодушно сказала:

— Подумаешь, вот у меня...

Она не договорила, убежала. Вернулась с куклой:

— Видишь, что мне Леша подарил? Это тебе не лыжи...

Юрка хмыкнул, подумал: «Как маленькая: кукле обрадовалась. Девчонка так девчонка».

В тот день уроки тянулись, как зимняя ночь. Юрка еле дождался конца. Дома быстро надел лыжи и отправился в горы. До этого ему не приходилось кататься здесь. Но, глядя на других ребят, которые носились, как будто у них за спиной были крылья, он осмелел.

Потом его окликнул Горька. Юрка с ним не водился, потому что тот был большим задирой. Правда, Юрку он не трогал. Может, потому, что жил рядом. Увидев новые лыжи, удивился:

— Вот это сила! Твои?

— Мои, брат подарил. Он сегодня на фронт уехал.

— Дай прокатиться!