Так что можно догадаться: прибыл счастливый жених.
Значит, сейчас добрый дядя Валериан попытается объяснить старшему сыночку: по политическим причинам придется взять в законные жёны подержанный товар. Не новая, но дорогая вещь — лучше нетронутой, но дешевой. А к конкретно этой прилагается целый Илладэн — если повезет.
И еще нужно понимать: южане — безмозглые дикари и варвары. Поэтому не запирают женщин на «дамской половине». И не распихивают по монастырям. Так получилось, сынок. Придется брать, какая есть. Другой поймать не удалось. И за ней дадут не столь жирный кусок.
Элгэ стиснула зубы. И за этот предполагаемый разговор, что обязательно состоится — если еще не состоялся! — Валериан Мальзери тоже заплатит сполна! За то, что ее — свободную, по-илладийски образованную южанку — схватили, заперли, везли в цепях. Оскорбляли, едва не изнасиловали и не убили.
И за то, что сделали с Витом и Алексой! И посмели угрожать Диего!
Будь проклят Эвитан! Жаль, у него нет ни одного по-настоящему сильного врага. Чтоб пошел войной на эту змееву страну!
Объявись таковой — и уж Элгэ устроит, чтобы у него нашелся повод! Она сделает всё, чтобы открыть ему ворота Лютены. И уничтожить армию, неотвратимо идущую на ее Аравинт!
Будь проклят Север!
Как они посмели украсть ее жизнь⁈ И жизнь ее родных!
3
На лицо королишки возвращается краска, а вот Мальзери — бел от злости. Так ему и надо — по большому счёту. Но Бертольд Ревинтер слишком зол сам. Остается надеяться, что хоть выглядит хладнокровнее вечного соперника.
Его Ничтожество расстроен сегодняшним числом Регентов. Еще бы — лишился призрачного права голоса.
Зато обрадовался — когда любимый дядюшка получил новую игрушку. А с ней в будущем — солидный кусок земли. Если Диего Илладэн вовремя умрет.
Дядюшка ведь снабжает коронованного племянника запретными удовольствиями. Не первый год. И его за это нужно вознаградить! По-королевски. Сторицей.
Мальзери всё-таки дурак. И его расчет, что Александру отдадут ему, — дурацкий.
А сам Бертольд может злиться сколько угодно. Их трое — против четверых. Ревинтер, Герингэ и Всеслав на одной стороне — нарочно не придумаешь. Остальные дружно вырывали старшую илладэнскую герцогиню из монастыря. Чтобы затем рвать уже друг у друга.
Жаль девчонку. Но если выбирать из Гуго и Мальзери, выгоднее — первый. Тот хоть дурак круглый и в политику не лезет.
А отдать всех трех наследников Илладэна милейшему Валериану может додуматься только Всеслав. И Ганн — потому что союзник. Мальзери.
Сейчас слуги принесут ужин. Все подкрепятся и с новыми силами приговорят Аравинт. Король уже хилой лапкой махнул…
Последнее решение вызвало непривычный приступ гадливости. Больно уж омерзителен Гуго!
И напрочь исчез аппетит. Министр финансов чуть прикрыл усталые глаза. Это не мешает исподволь наблюдать за остальными.
Всеслав — равнодушная заснеженная гора. Вот-вот взорвется раскаленной вулканической лавой, выжигающей всё на своем пути.
Мальзери — бледен, как снег на свежей могиле.
Эти есть тоже не будут. Оба.
Ганн расстроен только за компанию. Он вообще в последнее время что-то подозрительно доволен. А Герингэ и для вида не грустит.
Эрику на всё плевать. Он вообще сегодня не особо трезв, что с ним бывает часто.
А Амерзэн и Его Ничтожество вот-вот пустятся в пляс. Эти двое сожрут всё. И всех — если позволить.
Торжественно распахивается дверь. И в кабинет почти величественно вплывает первая служанка.
Проснулся Ревинтер мигом. В чём тут же усомнился. Едва не ущипнул себя — побольнее.
Потому что сейчас он — определенно во дворце. А не там, где подобным вещам — самое место.