— Да ну, нет, он же Маю как бы воспитатель…
— Это он ему пока воспитатель, а как перестанет, то вполне и может. Он же пещерный, они злопамятные, а память у всех драконов хорошая.
— Фло, ты мне больше не подруга.
— Да с чего? — подорвалась она, и я тоже села.
— А чего ты мне ужасы всякие рассказываешь?
— Я тебе глаза открываю на порядок вещей.
— Сама-то давно прозрела?
— Недавно, — насупилась подруга, потерла рука о руку и показала мне вычурный перстень на безымянном пальце. — Вот. Я теперь помолвленная невеста и мне можно всякие ужасы узнавать под клятву, что никому. Так что цени мою самоотверженность.
Я оценила. Колечко в том числе. Оказывается счастливое событие произошло, пока я валялась в домике целителей, а Флори все собиралась сказать, но так и не собралась, опасаясь, что я буду дуться. Она была права по части последнего, но возможность получить новые сведения перевешивала обиду.
— Но как так? Выходит, одна истинная может быть для нескольких? Или как?
— Истинная может быть одна и для одного. А подходящая — для нескольких. Дракон просто чует подходящую пару. А если понимает, что рядом есть и другие желающие, срабатывает инстинкт, и тут уже кто первый успел. И тараном напирать можно только вот в этот момент. Как только произошел первый контакт и возникла приязнь, более удачливый претендент будет окучивать настойчиво, но осторожненько, чтоб не спугнуть и потенциальная истинная не сбежала к другому.
— И зачем нас тогда тут всяким премудростям учат, если все вот так? — опешила я.
— А нас, Мирочка, тут учат не пугаться и радостно принять того, кто первый успел. Ну и грамоте заодно. Кому нужны девицы Вер знает откуда, ничего не знающие о мире, где им предстоит жить.
— Не особенно нас в этот мир отсюда выпускают, — растерянно проговорила я.
— А это чтоб мы раньше времени не прозрели и не заметили, что не все драконы…
— Одинаково полезны, — таращась в никуда изрекла я и спохватилась: — Откуда столько ценных знаний? Нам ничего подобного не только не говорят, не намекают даже.
— Нам много чего не говорят, чтоб светлый образ не ронять. Мать Райтера из наших академских попаданок, она и рассказала. После церемонии помолвки. Мероприятие было закрытое и мне велено об этом молчать до выпуска.
— А искра?
— Чего искра?
— Была? Пробежала?
— На всю часовню искрило, — зарделась Флори и засияла, рассыпая свои фейские блестки, будто хотела показать, какой силы была искра.
Мне на руки мы уставились одновременно и с надеждой. Не знаю, на что надеялась Фло, а я на то, что явление таинственных узоров было разовое. Не с моим счастьем.
— Кажется, теперь оно как-то почетче, а еще вот, — фея оттянула мои верхние кружева до границ допустимого, и я в панике заглянула в глубины. Не так чтоб сильно глубокие, но… И страх, что об этом узнают, снова схватил когтями.
— По-прежнему не хочешь об этом кому-нибудь рассказать? — осторожно спросила Флори.
— Нет! — вскрикнула я, вскочила и принялась яростно оттирать пыльцу с рук и прочих частей тела. И вообще, лучше ванную принять, или две, даже если там будет толпа бирюзовых ящериц сидеть.
— Меня это немного пугает, Мира. А еще сильнее — твоя реакция.
Я бросила взгляд в висящее на стене зеркало. Дурдом на выезде. Волосы дыбом, глазищи с безумным блеском и вообще тотальный блеск.
В дверь постучали. Я ломанулась наверх, хлопнула дверью комнаты, дверью ванной и, закусив пальцы, сползла на пол.
Наверное, я от нервов не удержала контроль над магией, потому что хитрое устройство для омовений среагировало и включило воду. Везде. Тугие струи, окатив меня брызгами, ударили одновременно из обоих кранов в умывальник и ванную, из розетки душа тоже. Водичка была оптимальной для приведения себя в чувство температуры — ледяная.
Глава 4