Я в задумчивости провела пальцем по гребешку, оставшемуся от вырванного листа, который, скорее всего, сейчас лежит где-то у меня в папке с рисунками. Так что обозвав Силмэ вандалом, я была права на все сто. Кажется, не только длинный язык и уши представителя магической расы были причиной жертвоприношения, но и нереальная способность шкодить.
Я захлопнула книгу и потянулась поставить ее на место, как…
— Хочешь, в Галерею свожу?
У меня не то что озноб по спине продрал, у меня волосы дыбом встали от неожиданности. И первое, что я сделала (совершенно инстинктивно!) — шарахнула увесистым альбомом по источнику звука позади себя.
Глава 3
Май, а это был он, отскочил в сторону, но места между стеллажами было не много, и произошло столкновение не слишком сурового настоящего в виде помощника инспектора и сурового своим количеством прошлого в виде книг по истории искусства. Верхняя полка не устояла перед драконьим напором, гранит знаний рухнул нам на головы и застыл, удерживаемый голубоватым свечением, покалывающим кончики пальцев знакомой мне силой.
Вывод первый: я конкретный неуч, потому что понятия не имею, что портальной магией можно пользоваться вот так. Вывод второй: рука Мая на моем плече — очень приятная штука. Его кубики никуда не делись и вот так к ним прижиматься, как он меня сейчас прижимает, спасая от книгопада, который уже не падает, тоже очень приятно, потому что, оказывается, в библиотеке сквозит. Наверное, одновременно в обе двери посетители вошли.
Навязчивая идея прижать драга Болдера опять сработала как-то не так.
— Пойдешь? — спросил он, глядя на меня сквозь бликующие голубеньким линзы очков и не торопился отпускать.
— Д-д-д-да.
— Ты дрожишь, — заметил он.
— Холодно. Или под стеллажами полно гадких ящериц, меня от них всегда трясет, особенно от таких, синеньких, — зачем-то зашептала я, разворачиваясь к нему лицом.
— А так? — его руки сомкнулись вокруг меня.
— Теплее.
— Так? — кольцо рук сделалось теснее, а мне захотелось запустить свои ему на спину под рубашку, так что хорошо, что конкретно сейчас они были прижаты к его груди.
— Еще теплее.
Стучащее под ладонями сердце громыхнуло сильнее. С обратной стороны трепыхалось мое собственное
— А вот так? — ресницы опустились и осторожные губы Мая коснулись моей щеки рядом с уголком рта.
— Горячо, — шепнула я, чуть поворачивая голову, чтобы поймать ускользающий поцелуй и мир обрушился.
Разволновавшийся Май забыл про нависшие над нами книги и упустил заклинание.
Знаете, если вы ждете поцелуй, а в самый ответственный момент вам на голову сваливается сборник очерков “Красота в деталях”, вы сразу становитесь очень многословной. И все слова до того красивые, что хоть на эти самые детали разбирай.
— Ну ты и… дракон! — сказала я.
— Что, прямо так и сказала? — удивилась Флори, выслушав мой сбивчивый и невнятный рассказ про тайные обжимашки между стеллажами.
— Вроде того, — я почесала макушку. Шишки не осталось, только воспоминание о ней и губах Мая рядом с моими.
— Вроде того, — поддразнивая меня, повторила Фло.
Мы валялись на диване голова к голове, свесив ноги через подлокотники и ели из одной миски снежную вишню, презентованную подружке ее кавалером. Снежная вишня, кстати, водилась только во владениях Стоуна. В этом был какой-то ускользающий сакральный смысл — лопать плоды с земель дракона, выбравшего меня в невесты, и болтать о другом почти что драконе, который меня почти что поцеловал. Или я его. И еще мы как первоклашки стукнули друг друга книжками. А ведь мне совсем не шесть и очень даже не двенадцать, хотя по способности соображать вот прямо сейчас, очень похоже на двенадцать. Интересно, сколько Маю?
— Не думаю, что на много больше, чем нам, — ответила Флори, потому что я, как всегда, произнесла мысли вслух. — А ты не боишься, что Стоун его, — и она издала этот странный звук, обычно сопровождающийся жестом ребро ладони по шее, но мне лень было поворачиваться, чтобы посмотреть. Волновало другое.
— А он может? Фло?
— Вообще тогда как бы нет. Но раньше всякое случалось. Дуэли там, турниры… Поединки в небе. В учебниках сие завуалированно названо “почил на пике славы”.
В книжках этих почивших целый ворох. И что прям все? Их и так не очень чтобы много развелось за все время существования Проходного мира, а тут еще дуэли. Но Флори заявила, что довольно много.