Потому что проще считать Марию дочерью убийцы, чем своей сестрой. Так можно ненавидеть, не чувствуя вины.
Поджарый илладиец цвета воронова крыла медленно, но верно выходит третьим. И скоро догонит второго.
Белый взвился на дыбы. Явное нарушение, но вмешается ли хоть кто-нибудь? Кто-то, имеющий право?
Юлиана слегка кивнула. Алан перевел взгляд — так и есть, Октавиан.
Барс повелительно вскинул руку. Кажется, всаднику белого сейчас не поздоровится.
Точно. Пришлось сойти с дистанции.
И можно не сомневаться, что Октавиан остался союзником Юлианы.
— Простите, императрица, что не полон сочувствия, но по вашей милости я едва не подох. Вчера.
И еще не вечер.
— Именно поэтому вы — такой замечательный собеседник, Алан. Мне не нужно думать, искренни ли вы. Вы настолько меня ненавидите, что не боитесь хамить. Если вас это успокоит, я тоже не надеялась выжить. Шансы были пятьдесят на пятьдесят, а то и ниже. У меня был при себе перстень с ядом… Эжен забрал его, когда мы договорились. Просто я не удержалась доиграть эту партию. Подвел азарт игрока. В итоге я — императрица и мачеха наследницы престола.
Эдингем содрогнулся. Бедный ребенок!
— Вдруг я на это еще гожусь, как думаете, Алан? Вдруг гожусь даже я? Будете вино?
Лучик солнца скользнул по перстню в последний раз. Юлиана поймала зайчика кольцом, а взгляд несчастного собеседника — своим. Шаловливо рассмеялась:
— Алан, это обычная безделушка. Красивая, но безопасная. Как теперь я…
Сейчас тебе кто поверит!
— И чего же вы хотите от меня, Ваше Высо… Величество?
— Да, с некоторых пор я — Величество, — усмехается она.
— Поздравляю с блистательной победой, моя императрица.
— Ваша? Вы с некоторых пор — подданный мидантийской короны? И давно?
Творец упаси!
— Может, с тех пор, как влез в мидантийский заговор и угодил в мидантийскую тюрьму? — взбесился Эдингем.
Он уже устал бояться. Да и с возможной казнью успел свыкнуться. Почти. Сначала с ним, как хотел, играл новый император. А теперь еще и любезно уступил забаву императрице.
Гроссмейстеры ратной доски, чтоб вам! В следующий раз, может, обойдетесь партией на доске? Всё меньше посторонних жертв.
Впрочем, козырям всегда плевать на всякую мелочь. Особенно тузам.
Только в Эвитане Алана защищали. А здесь… Его и Ревинтер теперь смахнет с доски.
— И подслушали не предназначенные вам мидантийские тайны — забыли вы добавить. Или и в этом виновата я? Что вы любите уединяться с красивыми дамами? Впрочем, как раз те тайны теперь действительно — вчерашний день. Да и императрица в Мидантии — не София. За такое уже не убивают.
Может, еще и спасибо сказать? Ради спасения некоего эвитанца сменили на престоле императора? Не говоря уже о такой мелочи, как чья-то супруга.
— Еще раз мои поздравления с победой.
' — Кавалер Эдингем, Константин жив. Как и моя сестра Мария. Вам это известно. Вы знаете, что Роман его не убивал. Не знаю, почему я позволяю вам жить с такой тайной. Наверное, из сентиментальности. Но если об этом заговорят — я буду знать, у кого слишком длинный язык, Алан. И можете не сомневаться — вам его укоротят даже в Эвитане'.
Алан и не усомнился.