— Хватит загадок, ладно? — вздохнула Ирия. — Я ведь уже хорошо тебя слышу и понимаю. И даже Деву-Смерть. Почти совсем мертвая, забыл?
— Прости, моя королева. Но мне так редко удается поговорить… Ты не угадала с линией. Изольда — твоя бабушка по мужской линии. У прекрасной и опасной королевы Изольды не было дочерей. Только сыновья.
— Но…
— Легенды не сохранили имена прекрасных, благородных сестер Изольды, а ведь их было три. По женской линии ты — потомок Корделии, любимой сестры Изольды. И ее же потомок — Элгэ Илладэн.
Да, Дева-Смерть говорила и это…
— А… еще две сестры?
— Их имена ушли в прошлое, а кровь не продолжилась в будущем. Илейн и Тариана. Младшая и старшая.
Платье цвета весенней травы, нежный голос — как шепот тихой капели. Звенят юные переливы серебристых колокольчиков. Тариана. Старшая сестра Изольды. Далекая родственница Ирии. Двоюродная прабабушка.
— Мы пришли, моя королева. Вы уверены в своем решении?
Странный вопрос — для михаилита. Он случайно не в родстве с Ральфом Тенмаром?
Запросто. Как и с самой Ирией. С ней-то точно — через Джека. Они тут все друг другу — родня.
— А разве у меня есть выбор?
Глава 5
Эвитан, Лютена. — Мидантия, Гелиополис.
Почему именно сегодняшняя ночь — такая звездная? Где мрачные тучи — когда они так нужны? Или хоть то напившееся дождя облако?
К всё еще не спящему Эрику Ирию пропустили беспрепятственно. Что она ему сделает?
Как убить неубиваемого?
— Я думал, ты исчезла навсегда, Ирэн. — В королевском голосе — скрытая угроза. Наползает таким же серым облаком. Ядовитым туманом далекого Мэнда, где никогда не были ни Ирия, ни сам Эрик.
— Но я же вернулась. Зачем мне исчезать? — Смеющаяся маска приросла к застывшему лицу. Как у Танцующей. — Разве я — не твоя невеста? Неужели я могу не мечтать о короне? И о таком мужчине, как ты?
Пустая ложь легко слетает с побелевших губ. Главное, что без истеричного смеха. Без исступления. Внешне.
А привычную бледность хорошо скрывают тени, румяна и прочая краска. У фавориток такого добра полно, правда? Как и у Тенмарских Роз.
Раз легко замазать синяки, почему трудно — всё прочее?
— О короне — верю! — грубо хохочет Эрик. — А мужики в темноте — все одинаковы.
Нет. Не все внушают отвращение.
— Я думала, моя фрейлина поможет мне переодеться к вечеру с тобой. — Будто и не Ирия прожила полтора месяца в холодной келье. — Ты ее вызовешь? Где же она — моя смазливая кузина Тере?
— Нарушила мой приказ. Завтра ее казнят. Так что можешь больше к этой курице не ревновать.
Думала ли прежде Ирия, что так содрогнется от мысли потерять Терезу? Еще и ее.
— И что же сделала эта смешная глупышка?
— Бросила кинжал в преступницу, осужденную на медленную казнь. За это она завтра сама займет ее место. Ты составишь мне компанию?
Безумие нахлынуло ледяной волной. Кровь вскипела в жилах пенным Альвареном. А шелковые туфли треснули. Немудрено — если их рвут острые когти.