— Ты ведь спрашивала, что я умею, так? — Крис уверенно улыбнулся. — Ну если в двух словах, то я сильный и отлично вожу.
— И всё? — Напечатлённо спросила Триш. — Ты собираешься в одиночку разобраться с наёмниками Килгрейва?
— Я очень сильный и очень хорошо вожу, — фыркнул Крис, при мысли о наёмниках.
Он был абсолютно уверен в собственных силах, но неопределённость с «потерей сигнала» заставляла действовать.
— Насколько ты сильный? — Продолжала спрашивать Триш по пути на подземную парковку.
— Сильнее Джессики, — усмехнулся Крис.
Триш не поверила, но всё же не сдержала второго вопроса.
— И насколько хорошо ты водишь?
Крис подавил маниакальную улыбку, так и напрашивающуюся на лицо.
— Ты такого ещё не видела.
СИНХРОНИЗАЦИЯ [1] [Берсеркер???] [Ранг: Легендарный]: 43 %
СИНХРОНИЗАЦИЯ [2] [ Доминик Торетто] [Ранг: Редкий]: 1 %
Глава 21
Кто ты, мать твою, такой?
— Поразительно… — Килгрейв не мог оторвать взгляда от экрана. Он просто не мог насытиться этим зрелищем! Одна лишь перспектива, один намёк на эту возможность, сводила с ума. — Просто невероятно…
Кевин Томпсон — он терпеть не мог это имя, скорее предпочитал собственно выбранное «Килгрейв» — знал, что он способен на гораздо, гораздо более великие поступки.
Сама его сила твердила о внутренних амбициях, внутреннем стержне, который не терпит ни конкурентов, ни инакомыслия.
Килгрейв всегда считал, что всё достигнутое — это скорее начало, чем потолок. Но он не лишён такой эмоции как страх.
Он не хотел, чтобы на него ополчилось, допустим, правительство. Ведь у его способности были ограничения и по времени, и по дальности. Смешно сказать, но хорошей засады и группы профессиональных снайперов было достаточно для его убийства.
Но годы шли, а амбиции лишь росли. Раздражение и усталость от достигнутого не давали насладиться привычной роскошью. Вина стали просто кислым пойлом, дорогие жилища перестали удивлять, а женщины напоминали секс-кукол.
Ему всё надоело. Он сам устал от стояния на месте. И…
Лишь в своей любимой Джессике он нашёл утешение, хотя скорее она пробудила в нём спортивный интерес. Раньше она была лишь его диковинной игрушкой, такой же послушной как все остальные, но имеющей экстраординарные способности. Зрелище того, как Джессика отрывала головы другим его игрушкам, всегда забавляли.
Но стоило Джессике полгода назад вырваться из-под его контроля… О-о-о… Джессика перешла из категории «диковинная игрушка» в «любимая игрушка».
Наконец-то в его статичной, скучной жизни появился… своеобразный вызов.
Несколько замаскированных — когда Килгрейву нужно он может опуститься и до подобных не стоящих его крайностей — «встреч» с Джессикой лишь подтвердили его предположения.
Килгрейв больше не имел власти над Джессикой.
И это пробудило в нём… страсть. Некий азарт, который разбавил его скучную жизнь.
Килгрейв понял, что добиться подчинения Джессики без своей силы будет не просто, но… Этот подвиг был достоин его.
Конечно, саморазрушительные наклонности Джессики раздражали, но Килгрейв был готов «перевоспитать» свою любимую игрушку в будущем.
Проблема возникла там, где её быть не должно.
Сранный сосед, какая-то грёбанная бездомная дворняга — грёбанный Кристофер, мать его, Уоллес — с какого-то перепугу обрёл сверхспособности!