Коридор его новой — съёмной ещё месяц назад — квартиры встретил его не ожидаемой тишиной, а звуками тихой музыки.
Утомлённо вздохнув, Крис оставил чемоданы с вещами в прихожей и направился на кухню, где его уже ждали…
— Тебя никогда не учили предупреждать о своём приходе, Фьюри? — Крис открыл холодильник и встретил полную пустоту. Непонятно вообще на что он надеялся. — Или это фишка всех шпионов — выйти из темноты под крутую музыку и встать в пафосную позу?
— Я думал это сделать, — пожал плечами Николас, который рассматривал его новоиспечённую коллекцию дорогого алкоголя. — Но понял, что есть немалая вероятность вновь ммм… встретить не ту реакцию, на которую я надеялся.
Параллельно заказывая еду в специальном приложении, Крис периодически стрелял взглядом в главу сверхсекретной организации. Начинать разговор не хотелось. Вот вообще. Вдруг Фьюри пришёл чисто для дружеских посиделок? Не–е–ет… Бред. Они оба знали по какой причине у них должен состояться «разговор».
— У–у–ф, — Николас присвистнул. — Двадцатипятилетний Маккалан? — Он прокрутил бутылку в руках. — У тебя, оказывается, есть вкус?..
— Подарили, — пожал плечами Крис. — Честно говоря, я и пью то лишь за компанию — опьянеть не могу, да и вкуса алкоголя никогда не понимал…
— Подарили, — прокрутил он это слово на языке. — Слушай, а я не ожидал, что ты так быстро станешь «своим». «Подарили, презентовали, пообещали, от чистого сердца, познакомили»… — Фьюри удручённо поцокал. — Я и не предполагал, что можно испортить выходца из гетто высококультурной корпоративной «этикой».
— Как будто у вас дела решается иначе, — поморщился Крис.
— До определённого момента, — не стал отрицать Николас. — Но, когда дела приобретают серьёзный оборот, все сантименты отбрасываются в сторону, — Фьюри перестал изображать праздный интерес и уставился на него своим единственным глазом. Без следа дружелюбия, будто бы перед ним сидит его враг. Честно говоря, было довольно неуютно. — Как теперь тебя называть? Может быть… Собачонка Крис?..
Крис раздражённо прикрыл глаза.
— Или… Каблук? Что? — Фьюри отпил из своего бокала. — Пушечное мясо? Ты теперь наёмник или как?..
— Я не понимаю…
Не дав ему договорить, Николас достал телефон, на котором сразу же запустилась запись.
На ней неизвестный на невероятных скоростях гонял прямо посреди Монако, каким–то чудом избегая полицейских кордонов и столкновений в самый последний момент. Нужно признать, что видео уже стало любимым предметом обсуждения широкой общественности.
— У тебя есть какие–нибудь фото, подтверждающие, что за рулём я?
Фьюри поднял два пальца.
— Ты не учёл двух факторов. Во–первых, при проведении допроса следователь заранее предполагает, какую реакцию должен иметь подозреваемый. Учитывается опыт, профессиональная деятельность, возраст и так далее и тому подобное. Но в данном случае — конкретно с тобой — ожидается самая примитивная реакция. Ты не должен был искать доказательств, а яростно — практически иррационально — отрицать свою вину. Но твоим первым вопросом стал… поиск доказательств?
Крис старался не встречаться взглядом с Николасом.
— А во–вторых, самое главное… — Фьюри слегка наклонился и понизил голос. — Зачем мне доказательства, если я итак знаю, кто стоит за этим делом? Я знаю кто преступник — он сидит передо мной.
На ум Криса пришло множество оправданий, слов, каких–то предложений, но сразу же он понял, что во всём этом нет смысла.
— Твою мать, — вздохнул Крис.
«Окно» для вызволения Ивана Ванко было небольшим. Слишком ценную технологию тот применил на практике, чтобы остаться гнить в тюрьме. Эмма и Джастин сразу же оповестили, что его экстрадиции затребовала Россия, а США, Великобритания, Франция и Германия уже начинают давить на правительство карликовой страны. Буквально неделя — и у Ивана Ванко появится новый хозяин. Поэтому и действовать нужно было незамедлительно.
Уже на следующий день он сидел в наспех купленном и проверенном масл–каре, недалеко от тюрьмы. Отсчитывая секунды на часах, Крис ждал…
БУМ!
Внутри тюрьмы раздался взрыв, после которого последовала оглушительная сирена.
Не было времени для составления более «тихого» плана. И Крис, и Эмма знали, что лишь у него есть возможность не только вытащить Ивана Ванко из тюрьмы, но и остаться анонимным.
Через три минуты — небольшая задержка всё–таки произошла — в машину сели двое мужчин, между которыми располагался заключённый, с которого оперативно сняли мешок.
— Что происходит? — Сквозь прищур спросил Иван.
— Заткнись, — моментально сказал ему Крис, заводя машину. — И не открывай свой рот, пока я тебе не скажу.