Ну и таблетка пищевых волокон, которой не пренебрегали, ни работяги, ни воры. Без нее случались запоры или диарея.
– Поторапливайтесь, ублюдки! – проорал от двери Гризли, который иногда наведывался в столовую, чтобы подогнать бригаду.
Между тем, часы на стене показывали запас в десять минут и у сидельцев еще было время заглянуть в сортир. Однако, если уж Гризли приперся в столовую, значит не в духе и будет махать дубинкой по делу и без дела. Поэтому работяги из бригады стали подниматься с мест, на ходу разжевывая таблетки с пищевыми волокнами.
Поднялся и Джек, натягивая серую, в цвет робы, кепку.
Пока бригада шла к выходу, столовские шныри убирали посуду с их стола, потому что на это место уже направлялась другая.
Между тем, Гризли не оставлял работяг в покое и на тюремном дворе, залитым бетоном, как армейский плац.
Прежде, рассказывали, тут были даже зеленые насаждения, но после бунта, когда заключенные использовали дубины из свежесломанных сучьев, начальник приказал убрать деревья и залить все бетоном. А в качестве компенсации, глухие стены Первого и Второго корпусов выкрасили белой краской и нанесли рисунки с деревьями и цветами.
Правда, вышло не очень – художник оказался слабоват, а остальная часть корпусов осталась грязно-серой, но приезжавшая из округа комиссия, курировавшая условия жизни заключенных, осталась довольна, а начальнику вынесли благодарность.
– Давайте, сволочи, двигайте поршнями! – продолжал неистовствовать старший надзиратель.
– Ты слышал?! – свистящим от возбуждения шепотом произнес Гарри-Хворост в самое ухо Джека, тот даже поморщился.
– Что еще?
– Только что два вертухая со Второго корпуса хихикали, что к нашему жирняю гости нагрянули, пока он был на службе!
– Какие гости, о чем ты? – не понял Джек, на ходу осматриваясь из осторожности. Безопасных зон здесь не существовало и кого-то могли запросто проиграть в карты. Иногда, только на “пустить кровь”, а могли и посерьезнее.
При этом, ценились лоты вроде заметных тюремных персон, особенно тех, кто находился в авторитете и не важно в каком корпусе.
На Джека за три года нападали дважды.
– Да к бабе его хахаль наведался и жирняй его застал! Но самое интересное, знаешь кто это был?! А!?
– Да не ори, он тебя услышит… – одернул Хвороста Джек, замечая что Гризли сегодня подпрыгивал, как на пружинах, а его свисавшие щеки были неестественно красными.
Похоже Хворост не врал.
– Ты помнишь Чуню?
– Чуню?
– Ну да, он через полгода после твоей посадки откинулся. Он еще остался тут в городке у какой-то стремной подруги, потом ушел на пилораму работать, так вот именно он к жирняевской бабе и приладился, прикинь!
– Да тихо, он тебя уработает за такие слова, – снова одернул товарища Джек.
– Это была месть, понимаешь? Жирняй его дважды обрабатывал дубинкой так, что разок тот даже на больничку свалил и даже гипс накладывали. А вот теперь ответочка прилетела, прикинь?
– Так чего же ты радуешься, дурак? Он же с нас сегодня шкуру будет живьем снимать!
– Думаешь? – произнес Хворост с озадаченным видом и вскоре на его вопрос пришел ответ. Гризли, безо всякого повода, огрел дубинкой у входа в цех Фредди Бартона.
– Всех перекалечу, ублюдки! – взвыл старший надзиратель и замахнувшись еще раз, все же сдержал себя и ударил по стене, да так что откуда-то сверху свалился кусок штукатурки и разорвался словно граната, обдав белесыми кусками ботинки надзирателя и отутюженные штаны цвета хаки.
Понятно, что и это событие хорошего настроения Гризли не прибавило. Он прикрыл глаза и шумно вздыхал, как паровой молот, чтобы успокоиться и не переколошматить всю бригаду, за что, конечно, его бы тотчас вышвырнули со службы, а другой работы в этом городке не было.
Между тем, бригада встала по местам и приступила к работе.
После первой пары редукторов, сегодня пошли шпоночные агрегаторы, такие же тяжелые, а то и тяжелее редукторов. И тут следовало смотреть в оба, чтобы не выдернуть шпонку раньше проворота вала на блокирующий угол, иначе пружина со сжатием в пару сотен кило, могла вылететь в направлении вала и снести все, что попадалось на пути.
После нескольких несчастных случаев на других участках, шпоночные агрегаторы стали направлять только на участок бригады Джека, поскольку лишь у них имелся дипломированный механик, а в других только самоучки.