Джек вздохнул. Здесь его многие боялись, хотя он всегда до последнего воздерживался от насилия.
Все началось с идеи отпраздновать успешное окончание колледжа втроем: Джек и двое его друзей – Ренальдо Рамирес и Каспар Билоби-младший.
При этом колледж закончил только Джек, а Билоби начинал учиться вместе с ним, но через полгода бросил. Сказал, что гайки крутить он и так умеет, а тратить прорву денег на обучение такой премудрости – глупость.
На самом деле так думал только отец Каспара, а сам он лишь повторял его слова.
Рамирес, тот и вовсе нигде не учился, с учебой у него были проблемы ещё в школе. Хорошо, хоть её, с горем пополам, он сумел закончить на радость себе и учительскому коллективу школы.
Особенно сильно у него хромала дисциплина, зато хорошо получалось закадрить самых красивых девчонок. Но за это оценок в школе не ставили.
Впрочем, проблемы с дисциплиной были у Рамиресов семейными. Его отец, едва не сел в тюрьму за то, что однажды избил своего соседа. Но это было где-то в другом городе. Тогда он отделался большим штрафом и компенсацией, на которую ему пришлось работать целых три года. А вот дядя Рамиреса, всё-таки, сел и тоже за нанесение побоев и что самое интересное – Ренальдо этим дядей очень гордился, а когда тот вернулся из тюрьмы, часто общался с ним и выспрашивал все подробности тюремного быта.
Он пытался рассказывать об этом и своим друзьям, но их эта тема мало интересовала и они не понимали почему ему это так нравится.
К клубу “Саманта” Джек с друзьями приехали на почти новой, подержанной модели “арокары”, которую Билоби-младшим купил при поддержке кредита местного банка.
Когда приятели уже изрядно набрались, Билоби предложил прошвырнуться в Кроверн, где у него имелась “чёткая девчонка” с гарантированно красивыми подругами.
Приятели вышли из заведения и Билоби показалось, что возле его “арокары” трутся какие-то подозрительные личности. Он окликнул их и поспешил вперед, чтобы разобраться, что им тут нужно.
– Да ладно тебе, мы просто посмотрели, – миролюбиво ответил один из незнакомых парней. Их оказалось всего двое, а Билоби было не остановить. Он принялся орать, что не позволит каким-то нищебродам отираться возле его дорогой тачки и вообще…
Тут он прервался, потому что к “нищебродам” из темноты вышло еще человек десять и теперь инициатива перешла к ним.
Как началась драка Джек не помнил, воспоминания были с момента, когда он размахивал кулаками, снося одного противника за другим, но меньше их не становилось – на место поверженных вставали новые и кроме того, что Джек раздавал удары, он их еще и получал.
Все могло бы обойтись синяками и парой выбитых зубов, если бы у Ренальдо не оказался нож. В какой-то момент он пустил его в ход и когда зазвучали крики, что кого-то убили, он тут же исчез, остались только Джек и сбитый на землю Билоби-младший.
Очень быстро промчалась пара неотложек и троих приезжих увезли на машинах с сиренами и мигающими огнями, а им на смену прибыла полиция в лице местного шерифа Манфреда Корна.
Если бы дело ограничилось только им, возможно разбирательство прошло бы иначе, однако, как назло, в это время в городке присутствовал инспектор из округа, которые проверял, как шериф Корн ведет делопроизводство.
Для этого “бумажного червя” подвернувшийся шанс подняться по служебной лестнице был очень желателен. Он давно мечтал о карьере в оперативном отделе, но над ним смеялись и предлагали, для начала, совершить героический поступок, то есть как-то себя показать. А как показать, если всё время занимаешься только бумагами и параграфами?
И вот тут, пользуюсь служебным положением, лейтенант из города, потребовал от шерифа в полной мере провести расследование и записать показания всех свидетелей. А таковых набралось немало, поскольку когда началась драка из клуба вывалила целая толпа.
При этом Рамиреса мало кто запомнил, а вот Джека, который был повыше и вовсю работал кулаками, заметили все.
Потом был арест, недолгое разбирательство и хотя нож не нашли, а кровь на руках Джека оказалась из носов тех, кого он сбивал, суд огласил наказание в пять лет.
“Всего пять лет!” – как выразился адвокат – племянник соседки, которая рекомендовала его, как очень хорошего мальчика.
– Нам еще очень повезло, Джек, что все пострадавшие выжили!
С одной стороны он был прав, Джеку светило до пятнадцати, но пять лет, это пять лет. Пять лет его – Джека молодой жизни.
Джек не заметил, как уснул и безо всяких снов проспал до самого подъема, который в рабочем бараке также происходил без особой строгости.
От “рабочих мужиков” надзиратели никаких подлостей не ожидали, это вам не криминальный “Второй корпус”, где после команды “Подъем!” в надзирателей, случалось, летели ботинки и даже табуретки, все зависело от того, как чувствовала себя с утра элитная часть воровского барака.
Умывшись под ледяной струей воды и почистив зубы казенной зубной пастой “мятная № 5”, Джек почувствовал себя лучше и на завтрак пошел в хорошем расположении духа.
Сегодня снова была питательная смесь непонятного происхождения, но как уверяло начальство, в ней имелись все необходимые витамины и микроэлементы. Проверить это было трудно, однако никаких расстройств здоровья, связанных с нехваткой чего либо у сидельцев действительно не наблюдалось.
Иногда смесь была желтой, в другой раз оранжевой или розовой. Когда-то в качестве лапши, другой раз в виде гранул. Все это многообразие вида и цвета делалось на одной кухонной машине, Джек знал это наверняка, поскольку уже пару раз ее ремонтировал.
Запивать все это приходилось подкрашенной горячей водой с запахом чая или фруктового морса и сдобренное некоторым количеством синтетического кофеина, чтобы взбодрить работяг перед началом рабочего дня.