– Демон оставил во мне след, чтобы этого не произошло.
– А как же Падальщики? Ты говорил, что они приходят за теми, в ком остается след.
Леон внезапно повернулся к ней боком, приподнял волосы. На его шее между затылком и левым ухом, почти у самого края роста волос, Алиса увидела небольшую татуировку: темно-серые линии перекрещивались в неизвестном рисунке.
– Это защищает от них. – Леон снова спрятал метку под волосами, посмотрел на Алису. – Если я не буду поставлять души, метка исчезнет. И тогда мне останется только распахнуть двери для Падальщиков.
Алиса молчала. Вопросов больше не было, а что сказать, она не знала. Могла ляпнуть что-то неуместное, о чем потом пожалела бы.
– Ты хочешь уйти? – внезапно спросил Леон, внимательно глядя на нее.
– Куда? – удивилась Алиса.
– Вообще. После того, что я рассказал, ты хочешь уволиться?
Алиса мотнула головой. Увольняться она определенно не планировала.
– Нет.
– Хорошо. Тогда иди отдыхать. До завтра.
Алиса поднялась, не прощаясь пошла к двери, но на пороге остановилась. Вернулась, признавшись:
– На твоем месте я делала бы так же.
Леон удивленно посмотрел на нее снизу вверх.
– Как?
– Забирала бы души у тех, кто думает, что может откупиться деньгами.
Леон улыбнулся.
– Спокойной ночи, Алиса.
Она думала, что после всего услышанного не сможет уснуть, но ошибалась. Уснула, едва только голова коснулась подушки, и спала крепко, без сновидений. А проснулась тогда, когда солнце заглянуло в окно и скользнуло по ее лицу.
Алиса удивленно распахнула глаза. Солнце? Оно не радовало людей уже больше месяца точно. Потирая сонные глаза, Алиса подошла к окну и обомлела: ночью наконец ударил мороз, ветер пригнал снеговую тучу, и землю засыпало настоящим белым снегом, спрятавшим под собой всю грязь последних месяцев. Белой была не только земля, но и кусты, деревья. Пушистые еловые лапы клонились книзу, не выдерживая тяжелой снеговой шапки. Снег блестел и искрился на солнце, будто по двору были рассыпаны миллиарды крохотных бриллиантов.
Стук в дверь заставил Алису оторваться от созерцания красоты. На пороге стояла улыбающаяся Мария Антоновна.
– Ты уже видела это? – Она кивнула в сторону окна. – Красота какая всего за одну ночь! Чудо! Никак Леон наколдовал? – Она улыбнулась озорно, давая понять, что шутит, а потом объяснила свой внезапный визит: – Там швея приехала, тебя требует. Говорит, если прямо сейчас не спустишься, пойдешь на вечеринку, замотанная в ткань с булавками.
Алиса усмехнулась. Времени на швею в предыдущие дни у нее не было, она игнорировала почти все примерки. Швея ругалась, но ничего не могла поделать. Однако сейчас время уже поджимало. Пришлось быстро умыться и пойти сдаваться. К шести вечера, когда начали собираться первые гости, Алиса была полностью готова.
Гостей оказалось больше, чем на вечеринке у мэра, и они были гораздо разношерстней. Хватало, конечно, и представителей высшего света, с которыми Алиса была уже знакома. Некоторые узнавали ее. Кто-то приветственно кивал, кто-то высокомерно отводил взгляд в сторону. Женщина, которую Алиса запомнила как Анастасию Павловну, даже нашла для нее несколько неприятных слов.
– Удивлена, что вы еще работаете у Леона, – с милой улыбкой гадюки заметила она, когда Алиса столкнулась с ней у стола с закусками.
– Почему?
– После того, что вы учинили на приеме у мэра…
Алиса стиснула зубы, не срываясь на грубость, но гадюке уж очень хотелось ее задеть.
– Должно быть, вы настолько хороши в постели, что Леон готов простить вам отсутствие манер? – продолжала она, внимательно разглядывая Алису. – Конечно, еще молоды, привлекательны…
И Алиса не сдержалась.