— Эти джентльмены проводят вас внутрь. Вы будете держать свои руки при себе. Они не будут отвечать на вопросы, так что не утруждайтесь их задавать. Любые резкие движения, которые могут быть истолкованы как враждебные, будут рассматриваться как таковые.
Солдаты заняли позицию — четверо сзади и двое впереди, все немного в стороне.
— Возможно, вас заинтересует, особенно если вы планируете причинить вред кому-либо из этих джентльменов, что нераскрытое количество из них — боты. Физически они такие же, как вы оба, и у них есть винтовки. Я верю, что вы будете вести себя прилично. — Купер отступил в сторону, пропуская сопровождающих вперед.
Ронин автоматически последовал за идущими впереди солдатами, но его процессорами управляли мысли о Ларе. Где она сейчас? С ней все в порядке? Он не мог даже предположить размер этого сооружения, не мог быть уверен, что найдет ее сам.
Они прошли через дверной проем, стальная дверь с грохотом захлопнулась за ними. Коридор сужался под низким сводчатым потолком, но освещение работало, а на полу не было грязи. Пучки труб и кабелепроводов тянулись вдоль стен.
Ронин не мог отрицать возможность того, что он никогда больше не увидит Лару. Что все время, которое он провел с ней, было всем, что у него когда-либо было, эти моменты будут единственными, которые они когда-либо разделят. Любой из них — или оба — могут умереть, так и не увидев другого.
Не было прощания. Никаких прощальных слов любви. Только боль на ее лице, мучительные крики. Почему это последнее, ужасное событие было намного сильнее всего остального? Почему это омрачило все остальное время, проведенное ими вместе?
Коридор достиг перекрестка, и Ронин вместе с группой повернул налево, сохраняя в памяти количество шагов и приблизительные измерения. Теперь они были ближе к разрушенной базе на поверхности.
— Где она? — спросил он.
— Вы, ребята, действительно ходите там? — спросил один из солдат, как будто не слышал вопроса Ронина. — Типа, сквозь штормы и все такое?
— На ботов это действует по-разному, — ответил другой. В его осанке, в том, как он ходил, было что-то не совсем человеческое. Заостренные нашивки на груди означали, что он сержант.
— Это верно, — сказал Ньютон, — но есть ряд недостатков…
— Я просто давно не покидал территорию базы, — перебил его первый солдат.
— Ты никогда не покидал базу, Рамирес, — сказал сержант, и группа замолчала.
Их ботинки глухо стучали по полу, заглушаемые стуком босых металлических ступней Ньютона, и ремни их снаряжения тихо позвякивали. Зажужжали лампы, едва слышные за другим шумом. Ничто из этого не могло отвлечь Ронина от мыслей о Ларе. Его процессоры перебирали сотни тысяч возможностей.
— Где она? — он спросил снова.
— Кто?
— Женщина, которую я принес сюда.
— О, та, которая была похожа на мясной фарш? — спросил Рамирес. — Ты это сделал?
Гнев вспыхнул в системе Ронина, застав его врасплох. Слышать, как о Ларе упоминают таким образом, — так близко к мясному мешку Военачальника, — и что кто-то предположил, что Ронин мог иметь к этому какое-то отношение, как будто он мог когда-нибудь причинить ей вред…
Ньютон схватил Ронина за предплечье, сжимая. Ронин опустил взгляд. Они были здесь, чтобы спасти ее. Он должен был держать эту мысль в голове.
— Заткнись блядь, Рамирес, — одновременно сказали трое других солдат.
— Больше не говори о ней в таком тоне, — сказал Ронин и сжал губы.
— Он ничего такого не имел в виду, — заверил сержант. — Малыш просто еще не умеет думать, не разговаривая. Док сделает все, что в ее силах, чтобы вылечить твою женщину.
Прежде чем Ронин успел ответить, они подошли к другой большой металлической двери. Один из ведущих солдат шагнул вперед, чтобы открыть ее. Волна звука выплеснулась наружу, десятки голосов и действий смешались в неразбериху. Его провели в огромное помещение, заполненное людьми, выполняющими самые разные задачи, многие из них были увлечены беседой во время работы.
Его оптика осматривала пространство, пока он шел вместе с солдатами, которые следовали набору цветных линий, нарисованных на полу. Большинство тут были людьми, но в толпе было много ботов — не только синтов, но и старых моделей, похожих на Зеленого. Все были ухоженными и чистыми, одеты в опрятную одежду. Ронин даже не мог определить всю работу, которую они выполняли, у него не было названий или функций, связанных со многими их инструментами. Он никогда не видел ничего подобного во время своих путешествий.
Над головой с высокого потолка свисали мостики. На них стояло еще несколько солдат в форме. Они уставились на проходивших мимо Ронина и Ньютона.
Вдоль стен было несколько дверей и два больших коридора, ведущих из помещения — Оружейная, Казармы, Частокол красными буквами над одним, Лаборатория, Администрация, Лазарет зелеными буквами над другим.
Неужели Лара была там, в лазарете? Это была его единственная потенциальная зацепка. Зеленая линия на полу отделялась от остальных, сворачивая в тот коридор. Солдаты прошли мимо него вдоль красной линии. Под знаком с надписью «Частокол».
Коридор сузился, и они проследовали через серию поворотов, мимо новых дверей и коридоров, все глубже в помещение. Наконец, они прошли через открытую дверь в большую комнату, вдоль одной стены которой располагались маленькие камеры.