Мне хотелось прекратить это милое созерцание у окна и отойти от него подальше, потому что в его руках я плавилась и начинала верить в сказку о любви. Но Романовский и любовь — это два несовместимых явления. Я никогда не поверю в то, что он способен меня любить.
— Вик, — тихо прошептал он мне на ухо.
— М?
— Выходи за меня?
И это, черт возьми, звучало так естественно и искренне, что можно было бы купиться, однако я помнила каким бывает Марк, когда чего-то добивается. Отвечать я ему не собиралась.
— Мы с тобой договаривались на предложение с кольцом и в красивом месте.
— Фу, Вика. Ты такая меркантильная. — Он тихо посмеялся мне на ухо, а потом сделал умопомрачительное предложение. — А что, если я тебе вместо кольца подарю этот дом, м? Он стоит гораздо дороже любого кольца.
Очень смешно. Придурок. Лучше отдай мне дарственную на мою квартиру и исчезни.
— Не стоит.
Глава 23
В субботу перед приездом родителей я хотела заказать еду из ресторана, потому что приготовить что-то своими руками не успевала, но Марк сказал, что он обо всем уже позаботился. Оставалось надеяться, что он не подсыплет моему отцу яд в еду.
На удивление, обед прошел гладко и без неожиданных событий. Мне удалось узнать у мамы, что ее дело никуда не двигалось, а завод планировал возобновить работу на следующей неделе.
Мама привезла эскизы колец, которые одобрил Марк. Мне было абсолютно «фиолетово» какое кольцо он мне подарит, но ценник на это произведение искусства зашкаливал.
Сидя на диване напротив мило беседующих мамы и Марка, я размышляла о том, что все же выходить замуж в страхе и не по любви — совершенно неприятно и обидно. Не так я представляла свою свадьбу. От всего процесса я не получала никакого удовольствия, скорее, это было самым худшим наказанием в жизни. Представляя сколько девушек мечтают очутиться на моем месте, мне становилось еще печальнее. Чертов Романовский! Рядом с ним все вокруг казалось ужасным, абсолютно все, даже минуты покоя без него все равно сопровождались давящим чувством.
Мне так и не удалось обсудить с папой развод Шаталовых, Марк постоянно был рядом, но что меня поистине удивило — так это то, что они с отцом общались очень вежливо, тепло и непринужденно, как старые друзья. Может, Волошин что-то напутал?
Когда родители ушли, мы с Марком сидели вдвоем на диване, он пил вино, а я — чай.
— Если хочешь, можешь в понедельник выйти на работу. Врач сказал, что тебе больше не нужно приезжать, можно будет просто принимать лекарства дома.
Я очень сильно удивилась, изначально речь шла о двухнедельной терапии капельниц, но врач ее сократил до одной недели, не сказав ничего мне?
— Ну, хорошо. Я рада.
У меня закралось подозрение, что Марк это сделал, чтобы ускорить процедуру брака, но он молчал.
— Я уеду на несколько дней в Германию, там появились неотложные дела по работе. С тобой поживет Артур, окей?
— Какие дела? — Мне вдруг вспомнилось сообщение от некой девицы, которая писала ему в социальной сети, может быть, это она его неотложное дело?
— Нужно провести несколько встреч, которые требуют личного присутствия, Вика. Мой основной бизнес там, здесь я начал искать покупателя на активы отца, мне они не нужны.
Ничего себе, какой поворот. Может быть, Волошин хочет это купить и затеял какую-то игру, действуя через меня?
— И компанию, где я работаю, тоже будешь продавать? — спросила ради интереса, больше для галочки.
— Да. На нее уже есть претенденты, через неделю проведем ряд встреч и переговоров по рыночной оценке бизнеса.
Я кивнула и ушла на кухню, относить свою чашку. Ох. Если компанию продадут, то меня точно уволят.
Что ни говори, но я была безумно рада, когда Марк уехал, прям дышать стало проще, и это даже несмотря на то, что по дому бродило мрачное существо под названием «Артур». Без присутствия Марка в доме я почувствовала себя, как будто с меня сняли тяжёлую ношу. Даже несмотря на то, что Артур теперь жил у нас, я ощутила освобождение.
Артур был странным, немногословным и немного напоминающим призрак, который не слишком мешает, но всегда присутствует в углу, как напоминание о неком контроле. Я бы предпочла, чтобы его здесь не было, но, возможно, это была часть плана Марка — как маленькая деталь, которая должна была напоминать мне о том, что я не совсем одна, даже когда он уезжает.
Понедельник без Марка пролетел как в тумане. Я вернулась на работу, хотя и не была уверена, что могу полностью сосредоточиться. В офисе всё было как обычно, и я сразу заметила, что коллеги заметили перемены во мне, а мой босс вовсе вызвал на тяжелый разговор.