Боги, демоны и другие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Чудала знала, что Шикхидхваджа в силах устоять перед страстью, знала, как он относится к удовольствиям, теперь она хотела убедиться, что он выше кродхи, или гнева. Однажды в сумерки, когда царь спустился к реке для вечерних молитв, Чудала, как обычно, превратилась в Маданику, но на этот раз она прямо из воздуха создала еще возлюбленного Маданики. Вернувшись, царь увидел незнакомого юношу, обнимающего его жену. Он вошел в дом, взглянул на влюбленных и больше не обращал на них внимания.

Маданика, не торопясь, освободилась от объятий юноши, отослала его и с покаянным видом предстала перед царем. Он посмотрел на нее и не произнес ни слова. Она притворилась, что обижена его безразличием, и сказала:

— Этот юноша появился в доме, когда тебя не было. Он такой красивый и такой сильный, ни одна женщина не устояла бы перед ним. Я сопротивлялась его ласкам сколько могла, но в конце концов я ведь только слабая женщина, и мне пришлось уступить. Прости меня, пожалуйста.

— Ты следовала своей склонности и сама в ответе за то, что сделала, меня это не касается, — сказал царь.

— Можно мне по-прежнему быть твоей женой? Не покидай меня, прошу тебя. Я обещаю никогда больше этого не делать.

— Тебе незачем просить у меня прощения.

— Ты разрешишь мне по-прежнему быть твоей женой? — снова спросила Маданика.

Царь подумал и ответил:

— Не знаю. Может быть, нам лучше расторгнуть брак. Ты можешь остаться здесь и быть днем Кумбхой, а ночью Маданикой. И Кумбха и Маданика всегда будут дороги моему сердцу.

Но Чудала не могла больше оставаться Кумбхой и Маданикой. Она приняла свой обычный вид и предстала перед царем. Шикхидхваджа протер глаза и сказал:

— Я ничего не понимаю. Куда же исчез мой спаситель Кумбха? Где Маданика и как ты очутилась здесь?

Когда Чудала помогла ему распутать этот клубок, царь воскликнул:

— У мужа не может быть лучшего гуру, чем жена!

— Я испытывала тебя многими способами, чтобы удостовериться в твоей зрелости. Ты достиг неколебимости скалы, ты стал дживанмуктой[7]. Ты превзошел меня во всех отношениях. Позволь мне снова стать твоей покорной женой.

— Давай откажемся от мира, поселимся в одной из этих пещер и посвятим остаток наших дней созерцанию, — сказал Шикхидхваджа.

— Сейчас тебе, наверное, лучше снова стать царем, — возразила Чудала. — Обладая такими достоинствами, ты сможешь осчастливить многих людей, а это важнее, чем быть отшельником.

В столице пышно отпраздновали вторую коронацию царя и царицы. Известно, что Шикхидхваджа счастливо правил своей страной десять тысяч лет.

Яяти

В бесконечных схватках богов с асурами (или демонами) ловкие и могущественные асуры постоянно одерживали верх. Боги, сражавшиеся под предводительством Индры, не могли понять, в чем тут дело, и встревожились не на шутку. Главное, когда убивали какого-нибудь демона, он тут же оживал и вскакивал на ноги, а когда убивали бога, он уже годился только для погребения. Бессмертие асуров особенно удивляло богов из-за того, что их собственным вождем был Брихаспати, бог мудрости и прозорливости.

В конце концов боги открыли секрет своих врагов: асуры оживали потому, что им покровительствовал Шукрачарья, мудрейший из мудрецов, знавший мантру Сандживини — тайное заклинание, оживлявшее мертвых. Боги стали поспешно сзывать совет за советом. Они понимали, что им грозит полное истребление, если они не узнают мантру Сандживини. Но узнать ее можно было только от Шукрачарьи, а он вряд ли захотел бы помогать богам. И боги решили послать в нижний мир кого-нибудь из своих учеников, чтобы тот выведал это заклинание у Шукрачарьи. Выбор их пал на Качу, сына Брихаспати. Боги отправили его во владения демона Вришапарвана, где Шукрачарья жил как почетный гость и учитель.

Шукрачарье так понравился серьезный и скромный юноша, что он согласился стать его наставником. А Кача обещал Шукрачарье пройти все ступени ученичества и послушничества и свято выполнять обет безбрачия.

У Шукрачарьи была дочь по имени Деваяни, и она полюбила Качу. Кача забавлял ее и услаждал музыкой, рассказами и беседами, а она заботилась о нем: приносила ему фрукты, цветы, пела ему и развлекала его танцами.

Однажды Кача пошел в лес пасти скот. Асуры были уверены, что, если Кача узнает заклинание, все они в конце концов погибнут, поэтому они подстерегли его, убили, разрубили его тело на мелкие куски и скормили собакам и волкам. Вечером скот вернулся домой без Качи, а Деваяни чуть не сошла с ума от горя.

— Мне страшно даже подумать, что с Качей что-нибудь случилось, — сказала она отцу, — Я не проживу без него ни одного дня.

Отец, который души в ней не чаял, сейчас же произнес мантру Сандживини и окликнул юношу по имени. В ответ на этот призыв Кача по частям вырвался из внутренностей собак и волков, которые пожрали его, принял свой прежний облик и предстал перед Деваяни.

На другой день Деваяни попросила Качу пойти в лес и принести ей несколько редких цветов. Демоны из засады напали на Качу, убили его, размололи его кости в муку и бросили в море. Деваяни снова упросила отца спасти Качу, он опять произнес то же заклинание, и Кача, как в первый раз, предстал перед Деваяни целым и невредимым.

В третий раз демоны сожгли тело Качи, истолкли угли в порошок и незаметно подсыпали его в чашу с вином, приготовленную для Шукрачарьи. Шукрачарья выпил вино, и Деваяни пришлось снова умолять отца вернуть Качу. Шукрачарья не знал, что юноша оказался у него в желудке; он произнес заклинание и громко позвал Качу, а Кача ответил ему из его собственного. живота и рассказал Шукрачарье, как он там очутился. Это жестокое и беспричинное убийство, да еще столько раз повторявшееся, так рассердило Шукрачарью, что он пригрозил асурам бросить их на произвол судьбы, если они осмелятся еще раз злоупотребить своей властью. Но как спасти юношу?

— Я могу оживить Качу с помощью заклинания, — сказал Шукрачарья дочери, — но, чтобы выйти на волю, Каче придется разорвать мой живот. Его спасение будет стоить мне жизни.

— Я не хочу лишаться отца, — сказала Деваяни. — Мне нужны вы оба: и ты и Кача. Придумай что-нибудь.

И Шукрачарья придумал.

[7] Дживанмукта — человек, достигший спасения при жизни.