— Лукас, это никогда не закончится, если мы не остановим их… — шепотом произнесла Лола.
— Прошу вас, не убивайте их… Это моя вина… — Хриплый голос доносился из глубины виноградника.
По узкой дорожке к нам вышел высокий, но очень сгорбленный старик. На нём старые, потрёпанные временем вещи, а в руках пустые колбы. Зелёная кожа давно стала серой, сколько же орку лет?
— Кто вы? — Лола обнажила свой меч.
— Меня зовут Дамис, я лекарь королевства.
— И в чем же вы виновны?
— Я помню этот день, как будто это произошло вчера. У нас началась вспышка чумы. Она поражала клетки мозга, он буквально горел, и существо в скором времени становилось овощем. Нам удавалось скрывать это около месяца. Мы закрыли границу, но могли бы этого и не делать. Чума поражала только нашу расу. Возможно, учёные других империй смогли бы нам помочь, но король приказал никого не впускать, ничего не объясняя. Орки стали погибать, а я ничего не мог поделать, хоть и работал день и ночь.
— Почему вас чума не поразила?
— Я единственный полукровка в королевстве. Если помните… Ах, как же помните, прошло столько лет. Король заботился о чистоте расы, и всех полукровок изгоняли из королевства в свое время. Меня оставили, потому что я сын его дорогой и любимой сестры.
— Так что же было дальше?
— В ходе поиска лекарства я сделал сенсационное открытие. Этот лес, который вы наблюдаете… Он был святилищем, орки поклоняются древним духам, предкам, и вот на стволах стали появляться сосуды. Всех умирающих относили сюда, почва и стволы поглощали их тела, так было всегда, но во времена чумы святой лес стал возрождать детей народа. Возможно, из-за того, что они поражены… Они стали другими.
— Какими?
— Как только пузырь созрел, взрослая особь выходит, они собираются в группу и уходят, у них коллективное мышление. Один мозг на тысячу тел. Они не говорят, не слышат, просто прут напролом.
— Где встречаем их мы.
— В ходе своих экспериментов и поисков лекарства я вытащил несколько орков разных возрастов. Я пришел к выводу, что подростки и дети абсолютно нормальные, у них нормальное мышление, но они совсем мало живут. Что-то меняется в разуме у взрослых особей. Я чувствую, что близок…
— К чему? — Я перебил. — Сотни лет идёт война! Вы вообще выходили за город? Вы были там? ВЫ знаете, сколько магов и демонов погибло?
— Я вас умоляю! Это единственные особи в своём роде! Вы не можете убить целую расу!
— Довольно, Лола, ты или я?
— Лукас… — Девушка спрятала меч в ножны и потёрла виски. — Есть один прием, меня научил отец, но я не уверена, что получится.
— Не убивайте их! — Дрожит голос старика.
— Я очень постараюсь, Дамис, попробуйте мне довериться. — Лола приняла боевую форму. — Покажите сердце леса.
Сад оказался не таким уж и огромным. Просто первое впечатление было сильным. Необычный ствол корня усеян мелкими пузырями с эмбрионами. Дерево плодит давно умершие души, второй шанс на жизнь.
— Но оракул говорил, что вы их спасете! — Сорвался на хриплый крик старик.
— С этого места поподробнее, уважаемый Дамис.
— Ещё до всего этого я имел счастье уехать на обучение к северным монахам. Там проживал оракул среди гор. Он мало кому что-то говорит. Обычно старец сидит в своей пещере, глубоко медитируя и познавая тайны мироздания. Я пришел отдать дань, положил к ногам весенние полевые цветы, и он вдруг открыл глаза. Его ладонь тяжестью легла на мою голову. Оракул начал говорить страшные вещи… О том, что ждет мой народ, о том, что черная чума заберет жизни всех и спасутся души в подземном саду, о том, что придет демон смерти и огненный ангел спасти тех, кто должен начать новую эру народа зеленых людей.
— Не понимаю, но твой отец говорил обратное.
— Не обратное, отец говорил, что мы закончим войну.
— Сколько у нас времени до новой волны?
— Через четыре дня начнут дозревать взрослые особи, они собираются во внешнем городе и потом идут на границу.
— Лукас, что ты задумал?