Ведуньи из Житковой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Что вы тут орете? Вы что, не знаете, в каком вы отделении? Здесь положено соблюдать тишину, не видите?! — ткнула сестра пальцем в табличку на стене.

— Этого не может быть, того, что вы мне сейчас сказали, это невозможно! — твердила Дора.

— Ну как же нет, вы же сами видели, в каком состоянии была пациентка. При последнем издыхании! Примите мои соболезнования, а если хотите узнать больше, позвоните завтра врачу.

Сестра готова была опять закрыть за собой дверь, но Дора вставила в щель ногу.

— А где она?

— В каком смысле?

— Где похоронена, где ее тело?

— Ну конечно, ее кремировали, на это закон есть. Покойные, жившие одиноко, без прямых родственников. Урну с прахом, вероятно, еще можно получить в крематории. Спросите в вашем МНК, там должны знать. И уберите, пожалуйста, ногу, не могу же я стоять тут с вами до вечера!

Дора убрала ногу. Ее заливала волна бессилия. Сурмена была им всем настолько безразлична, что они не захотели ради нее лишний раз поднять телефонную трубку. Чтобы позвонить ей, Доре.

Это произошло, когда ей был двадцать один год. Тогда она и понятия не имела, можно ли тут что-то поделать. К кому-то обратиться, кому-то пожаловаться. Сурмена умерла, когда-нибудь это должно было случиться, в этом она, Дора, после того как напоследок видела ее в таком жутком состоянии, нисколько не сомневалась. Но ее не должны были кремировать! Ее, Сурмену, которая была достойна заупокойной службы, куда пришли бы все обитатели Копаниц, они попрощались бы с покойной, пожав ей руку, и траурная процессия растянулась бы на всю деревню. Все проводили бы ее в последний путь, священник произнес бы речь, а мальчишки вытягивали бы шеи, чтобы увидеть, вылетит ли и эта ведунья из гроба так же, как все остальные до нее. Последней в этой череде была Крагулка, что тогда собственными глазами видела и Дора. Растяпы, еще бы ей не вылететь, когда ноги у несущих гроб заплетались от волнения и лошадиной дозы самогона, которой они хотели унять свой страх. Конечно, они споткнулись, то ли дядя Рухар, то ли Бургет, в общем, один из тех, что шли впереди, и гроб упал на землю рядом с могилой, крышка с него слетела, и тело Крагулки наполовину высунулось из гроба и повисло над ямой, причем ее оцепеневшие руки неестественно вывернулись. Все завопили от ужаса, а грозенковской детворе еще целый месяц после этого снились кошмары. Ей, Доре, тоже.

Но у Сурмены таких похорон не будет. Никаких не будет. Ее кремировали, тем самым забрав ее тело, чего бы она сама себе точно не желала. Она твердо верила в воскресение из мертвых, да и вообще — никто в мире не убедил бы жителей Грозенкова, что они не вернутся когда-нибудь в свои земные тела. Это казалось таким же естественным, как достать осенью из шифоньера пальто и переодеться в него. Каждый так сможет сделать, но вот Сурмена — уже нет.

Доре это до сих пор не дает покоя.

Каким печальным в сравнении с похоронами было закапывание урны, маленького серого ящичка, скрывавшего в своих недрах прах Сурмены! И даже этого им не позволили сделать без чужих глаз, осознала вдруг Дора.

Кто из людей, собравшихся тогда у могилы Сурмены, мог быть Гадалкой? Лица присутствовавших при захоронении давно слились в памяти Доры воедино, вдобавок в тот момент она была не в таком состоянии, чтобы спрашивать у незнакомцев, кто они такие. Она думала, что это или ее дальние родственники, или люди, которым Сурмена когда-то помогла.

И Дора со вздохом переложила отчет Гадалки о похоронах в высокую стопку прочитанных документов.

В кучке справа оставалось уже лишь несколько листов. Она мельком проглядела официальную переписку насчет наследства Сурмены, которую она хорошо помнила: ее собственные ходатайства, в которых она тягалась с инстанциями за полуразвалившийся дом в Бедовой, ответы оттуда с отказами… Все эти бумаги она быстро пробежала глазами, ей не хотелось опять возвращаться к тому, с чем она в прежние годы никак не желала смириться. С тем, что даже оставшуюся после Сурмены малость у них сначала отобрали, а потом передали им в аренду заново, как чужим. В итоге она не выдержала и перепрыгнула в самый конец тома.

279

Районное отделение Государственной безопасности, Угерске Градиште, III отдел

Заключительный отчет по делу

«СУРМЕНОВА ТЕРЕЗИЯ»

Дело № ПО-КТЗ 30987 было заведено 10.9.1953 г. на гражданку чехословацкой национальности

СУРМЕНОВА ТЕРЕЗИЯ, 24.7.1910 г. р., проживающую по адресу Житковая 28, р-н Угерске Градиште (ранее Угерский Брод)

в связи с осуществлением неразрешенной врачебной практики, причиняющей вред здоровью чехосл. граждан, за что она взимала отрицаемое ею денежное вознаграждение, тем самым обкрадывая чехосл. народное хозяйство и чехосл. народ; все это указывает на наличие состава преступления в соответствии с § 221/1 УК.

Принимая расследование от органов ОБ Уг.Брод, мы установили, что Сурменова идентична лицу, которое разрабатывалось в 1945–1953 гг. в рамках операции под кодовым названием «Ведуньи». В ходе этой операции подверглись проверке лица, подозреваемые в ведении внутренней враждебной деятельности и настроенности против Чехосл. Нар. — Дем. Республики по причине их связей в период оккупации с враждебными немецкими органами особого назначения СС, которые были недостаточно расследованы народным судом в 1945 г.

Во время операции «Ведуньи» органы сосредоточились в первую очередь на установлении личности некоторых клиентов в прошлом и настоящем. Имелись основания подозревать, что через клиентскую сеть, которую Сурменова и другие разрабатываемые лица из группы «Ведуньи» создали в ходе своей деятельности, может происходить утечка информации к вражеским державам. Это могло осуществляться посредством передачи сведений от лиц, прибывавших в Житковую из разных концов республики, зарубежным лицам, в отношении которых были подозрения, что они могут быть звеньями вражеской агентурной сети. В результате среди клиентов был выявлен, в частности, представитель дипломатического корпуса Австрийской Респ. (в Житковую он приезжал в 1948 г.), далее ряд посетителей из Венгерской Нар. Респ. (в 1945–1949 гг.), Польской Нар. Респ. (в 1946–1950 гг.) и др. К сожалению, в ходе операции не удалось собрать значимую информацию о содержании контактов разрабатываемых лиц с лицами, подозреваемыми в диверсионной деятельности, поскольку сведения если и передавались, то в частной беседе и устно, из-за чего это нельзя было проверить (подслушивающие устройства в жилищах разрабатываемых лиц установить не удалось). Задержано было только лицо с оперативным псевдонимом «ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦА», изобличенное в распространении ложных панических сведений о представителях СССР и ЧСР, которые она получала путем гадания на воске в воде (так она якобы предсказала смерть тов. Сталина и тов. Готвальда).

Ввиду недостаточности доказательств кас деятельности разрабатываемых лиц при протекторате, уменьшения их активности после задержания «ПРОРИЦАТЕЛЬНИЦЫ» и отсутствия новых посещений Житковой зарубежными клиентами расследование в августе 1953 г. было прекращено.

Через месяц после этого было начато расследование в отношении Сурменовой, которая продолжала реакционную деятельность, занимаясь неразрешенной врачебной практикой.

Ряд сообщений РНК (отдел здравоохранения Уг. Брод), в которых обращалось внимание на корыстную предпринимательскую деятельность Сурменовой, не удалось подтвердить, но в 1974 г. информатор с оперативным псевдонимом «ВЕДЬМА», который сотрудничал с нами еще в ходе операции «Ведуньи», доложил о незаконном проведении аборта, повлекшего смерть, который, по имевшимся сведениям, совершила Сурменова.

Явившись на допрос по этому делу, Сурменова отказалась сотрудничать и вела себя настолько агрессивно, что ведущий расследование работник предположил, что она может быть душевнобольной, ввиду чего она была направлена на обследование в Гос. псих, лечебницу в г. Кромержиж. В итоге у Сурменовой было диагностировано психиатрии. заболевание, которое прогрессировало вплоть до ее смерти от остановки сердца в 1979 г.

С 1974 по 1979 г. удавалось исключить контакты Сурменовой с посетителями, в ходе которых она могла бы продолжать свою вредительскую деятельность. На основании вышесказанного полагаем, что подрывная деятельность данного лица была прекращена в 1974 г., а окончательно в 1979 г.