Они стояли на крыше древнего высотного здания. Строение было сильно потрёпано, и Наинекс чувствовал себя неуютно, находясь здесь. Вокруг было еще несколько подобных сооружений, часть из которых уже не стремилась в небо, а лежала на земле грудой обломков, чудом не задев когда-то во время падения своих соседей… Чуть дальше находились обычные многоквартирные дома, за ними – частный сектор, всё вокруг превратилось в руины или было близко к этому состоянию…
С крыши открывался вид на огромный лес, на деревьях которого уже как несколько десятков тысячелетий не было листьев. Небо закрывали тучи, вокруг царил таинственный и зловещий полумрак. Наинекс чувствовал тихий шум, казалось лес незримо дрожал. Воздух был каким-то сухим,неприятным и тихо вибрировал.
– Ты чувствуешь это? – Дрикондор, угадал мысли Наинекса, – структура мира дрожит. Она начинает разрушаться. Предат близок к цели, так что нам нужно поспешить. Конечно, хотелось бы прогуляться, но обстоятельства, боюсь, нам этого не позволят…
Дрикондор шагнул с крыши здания, и его шаг плавно перешёл в грациозный полёт. Наинекс последовал за ним, попрактиковав заодно и Изначальную магию.
Вершины голых деревьев проносились под ними с молниеносной скоростью. Наинекс следовал за Дрикондором, знакомые многоэтажки остались далеко позади, и примерно через десять минут они уже стояли на поляне перед входом в Храм Тьмы, который сейчас выполнял роль тюрьмы Черного Кхаа. Тёмная махина величественно возвышалась перед ними. Концы звезды были прикованы цепями к земле, на самом верху сияла единственная светлая точка – нечто, напоминающее окно.
Ворота храма открылись перед ними, впуская внутрь. Со всех сторон мерцали и двигались красные огоньки, но они сразу замерли, как только Дрикондор переступил порог. Тысячи ящериц, так испугавших Наинекса, когда он в первый раз попал в этот проклятый город, смотрели на них, не отрываясь.
– Они боятся, – сказал Дрикондор, – Боятся грядущего, страх согнал их всех сюда.
Ящерицы расступились перед ними, пропуская к огромной винтовой лестнице из чёрного камня. Все также где-то на самом верху, из щели неплотно закрытой двери, сквозь царящий вокруг сумрак пробивался мерцающий свет. Дрикондор толкнул дверь, и она бесшумно и легко отворилась, впуская их в небольшую комнату. В желтом свете небольшой сферы, висевшей под потолком, стены переливались множеством ярких красок, никак не сочетающихся между собой. Посреди стоял столик, и легкий дымок поднимался над чашками, распространяя аромат чая по всему помещению. На одном из трех больших красных кресел с высокими спинками восседало знакомое Наинексу существо.
Шесть ярко фиолетовых глаз внимательно смотрели на вошедших, чёрная чешуйчатая кожа блестела на свету единственного светильника. Голову Злобена обрамляли длинные тёмные рога. Полную тишину иногда нарушал тихий скрежет – это щупальца ног двигались и периодически скребли по полу. Два величественных черных крыла были сложены за спиной.
Злобен улыбался, и был виден ряд острых белых зубов.
– Приветствую вас в моей скромной обители ещё раз… – проговорил он, и затем, направив свою когтистую руку к креслам напротив, продолжил, – присаживайтесь, давайте поговорим.
Дрикондор сразу направился к одному из кресел, Наинекс немного замешкался, но решительно последовал за ним, акуратно сел на край кресла и посмотрел в глаза Чёрного Кхаа. Хотя он и помог ему в битве с Предатом, Наинекс так и не понял его намерений и не доверял ему.
– Выпейте чаю, расслабьтесь.
– Вы так спокойны, – заметил Дрикондор, взяв кружку, – Тянуть нельзя, иначе Предат уничтожит этот мир.
– Не волнуйся, Дрикондор, у нас ещё есть достаточно времени.
Наинекс сел поудобнее, взял чашку и попробовал – напиток был знаком. Это был чай, горячий и бодрящий. Он не отрываясь смотрел на Злобена и молчал.
Их взгляды встретились:
– Наинекс Светсембрион, наследник престола мёртвой расы драконов. Ты вероятно подозреваешь, что твоя жизнь во многом связана с моими искусными манипуляциями. Я подгадывал нужные события и направлял людей, я увеличивал твои силы и совершенствовал магию. Предат чуть не провел меня. Я знал, что твоя победа над ним не окончательна, но видимо упустил из виду некоторые события, к сожалению мои возможности в заточении сильно ограничены… Твой дядя Эударн, если его можно так назвать, сильно разочаровал меня, а Предат не упустил предоставившуюся возможность.
Заигрывание с Предатом дорого обошлось всем драконам… – Злобен ухмыльнулся.
– Все это ясно и без объяснений, – сказал Наинекс, сделав глоток, – но Вы не говорите о самом главном. Разве у Вас и Предата не одни и те же цели? Вы оба желаете разрушить существующий порядок вещей. И если это не так, разве не за уничтожение мира Инад и множества других миров Вы теперь находитесь здесь?
Злобен захохотал:
– Ты наивен, Наинекс! Ну что ж, я готовил тебя, и теперь не желаю утаивать правду.
Это было так давно, что я уже и не припомню, сколько лет прошло. Тогда не существовало ничего. Была лишь Хейдонрант, вы называете ее Пустошь, в которой бесцельно парили множество душ. Едва ли их можно было назвать тогда живыми существами, они лишь жили в необъятной Пустоши и плескались в потоках счастья, которое они даже и не ощущали, так как для них оно было привычным.
И ещё была энергия. Огромное количество необузданной силы, бесцельно находившейся в Пустоши. Всё было одинаково, закономерно, существовал абсолютный Порядок.
Никто не знает, включая меня, откуда явился Акора, Отец Кхаа. А вместе с ним пришла Акора-мать. Что их породило, откуда они взялись и почему Порядок Пустоты нарушился – великая тайна для нас всех, Отец никому не рассказывал об этом.
Но он явился. И разум его был столь силён, что он смог подчинить себе всю энергию, бушевавшую в Хейдонрант. Заставить её двигаться. Принимать формы. Отделил её от пустоты. Так появилась Вселенная. Акора собирал бесконечную энергию и материализовывал её, заставляя принимать всё новые и новые чудные формы. Сначала это был один большой Мир. Акора всё расширял и расширял его.
Говорят что Акора-отец и Акора-мать вкладывали взаимную любовь в своё творение, потому сотворенная ими Вселенная так легко противостоит Хейдонрант и поныне, но очевидцев того события, увы, нет.
И вот, когда Мир был практически готов, Акора мать придумала жизнь. Она создала особую магию, что привлекает души из Хейдонрант и даёт им физическое тело во Вселенной. Акора обнаружила, что душа, попавшая в созданную для неё структуру, которая была названа телом, начинает меняться, и апатия в ней начинает пропадать. Так появилось первое живое существо, которое Отец и Мать назвали своим сыном. Так родился Предат.
Акора отдали ему весомую часть своих сил. Молодая душа была энергичной и радостной, она познавала мир вокруг себя, исследовала, радовалась жизни и совершенно не помнила родной Хейдонрант. Акора истинно полюбили своего первого сына. Предат был очень общителен и добр. По крайней мере так описывали его родители.
Но ему было одиноко. Он хотел общения, он не хотел жить лишь с родителями в новом прекрасном мире. Тогда Акора-мать создала множество новых тел. Так появились первые люди. Но они не были Кхаа, им не дали столько сил, сколько Предату. Они были намного лучше и сильнее в магии, чем вы, но не более того. Они были смертны. Так появился первый Город.