Келеп кивнул и удалился. Наинекс постоял какое-то время в коридоре, размышляя, потом двинулся по направлению к обеденному залу. Открыв дверь, он обнаружил, что стол уже накрыт и все те, кому подобало обедать за одним столом с Правителем, уже расселись. Наинекс встретился глазами с Манокисаной, подумал «Прямо сейчас волноваться точно не о чем… », – и сел во главе стола.
Начался обычный шумный обед. На небольшой сцене в углу зала выступали не очень известные, но талантливые музыканты, все общались между собой, рассказывали разнообразные истории, смеялись. Наинекс не ощущал вкуса пищи, задумчиво смотря перед собой: он был погружён в раздумья. Правду ли говорит Предат? Безумец ли он? Или безумец тот, кто создал эту Вселенную? Как много вопросов!
– Позвольте доложить! – Наинекс услышал за спиной голос военного министра Сирионы. Эту должность Правитель учредил в Сирионе совсем недавно, по аналогии с привычным ему устройством власти. В каждой из четырёх областей Нерфертии был Совет, в который входило по три выбираемых народом министра: министр правопорядка, министр торговли и министр благополучия. После завоеваний Наинекс основал в каждой новой провинции похожий орган, который состоял также из трёх министров, только они не избирались, а назначались Правителем.
– Докладывайте… – сказал устало Наинекс.
– Срочное сообщения от Сайлена, из Цукердая, позвольте включить?
– Включайте.
Экран на стене мигнул, на нём появилось суровое лицо Сайлена:
– Всем добрый день. Я посчитал должным немедленно доложить Правителю о событии, произошедшем на подвластной мне территории. Происшествие дает мне повод предположить, что Сопротивление Цукердая все-таки возродилось.
Наинекс не мог взять в толк, зачем ради этой мелочи потребовалось его внимание, он хотел было уже прервать брата, указав на то, что это его проблемы, но, передумал, решив не делать этого публично, престиж брата не должен пострадать, и продолжил слушать.
– Вчера мы планировали законсервировать Северную Базу, бывший центр борьбы с сопротивлением. Но транспортные корабли с оружием не прибыли вовремя, потому мы отправили разведывательный крейсер на место. И вот что обнаружилось.
Лицо Сайлена сменилось на изображение разгромленной военной базы. Постройки практически не были тронуты, основной бой проходил на стартовой площадке для кораблей. Были видны многочисленный следы от взрывов и сгоревший остов грузового корабля.
– С горечью хочу сказать, – продолжил Сайлен, – это первый случай такого масштаба, где не выжил ни один наш солдат. Около двух сотен, судя по телам рядом с кораблем, полегло в этом бою. Это весь персонал.
Нерфертия являлась самой малонаселённой областью Лирея, и население продолжало постепенно сокращаться. Но тем не менее, Нерфертия покорила весь Лирей. Это было связано с тем, что Нерфертия была чуть ли не единственной страной, имеющий достаточно кристаллов Нири, чтобы обеспечить ими всех своих граждан. С Нири нерфертского солдата практически невозможно было убить. Двести человек – это огромные потери.
Изображение вновь сменилось, приблизившись к месту боя. Теперь на экране была видна ещё более жуткая картина. На потрескавшемся покрытии стартовой площадки гордо развевался чёрный флаг с вышитым белыми нитками гербом старого Цукердая.
Его древко было выполнено из кроваво-красного дерева, и прямо под ним, среди брошенного оружия, лежал одинокий офицер. На мундире были видны только две небольшие кровоточащие точки, никак не вызывающие ощущения смертельных ран.
– Это бывший командир базы, Воркран Кандор. Его тело положили нам на показ, желая оскорбить нашу армию, возможно Правителя Нерфертии лично. Но любопытно то, как он был убит. Судя по ранам, это может быть только проклятое оружие, но вопрос: какое и откуда? Здесь, в Цукердае, один единственный проклятых меч был в коллекции бывшего Вождя, и он строго охраняется. Кроме того, эти раны нанесены не мечом.
Изображение пропало, брат закончил:
– Это всё, что я хотел сказать. Я лично сделаю всё возможное, чтобы подавить мятеж. Но враг явно опасен, так что прошу Вас, Правитель, отдать приказ перебросить в Цукердай дополнительные силы.
С этими словами Сайлен отключился.
Наинекс нахмурился. Сейчас ему страшно не хотелось думать о государственных делах, а обед, обещавший быть приятным, превратился в какой-то военный совет. Он лениво сказал, не обращаясь конкретно ни к кому:
– Сайлен справится сам.
Все за столом посмотрели на него, и продолжили разговоры, как будто никакого сообщения и небыло. Музыка вновь заиграла. Никто не посмел возразить Правителю. Вскоре обед закончился, Наинекса опять сморил сон и он направился к своим покоям.
На полпути его догнала Манокисана. На лице её явно читалось волнение.
– Наинекс, что с тобой происходит? Что то не так?
– С чего ты решила?
– Ты ведёшь себя странно, заперся у себя на целые сутки, а на обеде возникло такое ощущение, будто тебя вообще не интересует ни гибель людей, ни Цукердайское Сопротивление… И вообще ты сейчас уснешь. Это как-то связано с той магической силой, про которую ты говорил?
Наинекс вспомнил Келепа. Да что они все привязались?!
– Правитель этой страны – я. Принимаю те решения, которые считаю нужными. Делаю то, что считаю правильным! Какая тебе разница?
Манокисана удивлённо посмотрела на Наинекса. Обиженно отвернувшись, она быстро удалилась. Наинекс вошёл к себе, упал в постель и мгновенно заснул, даже не думая о том, что проснулся всего час назад.
Ему совершенно ничего не снилось. На утро он проснулся совершенно бодрым, но чем ближе солнце было к закату, тем сильнее находили на него тревожные мысли. Он всё думал над словами Предата. Что, если всё это время он стремился к ложной цели, защищал то, что ему не следовало защищать?