– Я воистину удовлетворён этой победой. Я не увидел только одного: как ты молишь меня о пощаде! Попроси, и тогда, может быть, я не пристрелю тебя.
Из последних сил Воркран прошептал:
– Тебе не одолеть Нерфертию…
– Ты только не думай, что эти пули останутся в твоём теле. Они слишком ценны, чтобы не использовать их повторно.
Сказав это, Фар Ард нажал на курок.
Глава 5. СТРАННЫЕ ДНИ
Всю ночь Наинекса мучили кошмары. Вначале он стоял в круглом зале, перед ним был каменный обелиск, на вершине которого сверкала яркая белая звезда. Правитель сложил руки и звезда плавно спланировала к нему. Сзади раздался злобный противный смех. Наинекс обернулся: там стоял Предат, из его посоха били яркие молнии. Наинекс поднял руку со звездой, и молнии растаяли. Звезда вырвалась из руки, метнулась к Предату и, ударив в него, пропала. Там, где только что стоял Предат, остался лишь покрытый пеплом посох.
Наинекс шагнул к посоху. Каждый шаг давался всё труднее и труднее, но он продолжал идти. Наконец Правитель наклонился и подобрал его, глаз загорелся ярким фиолетовым пламенем и жадно уставился на Наинекса. По полу пошли трещины, которые всё расширялись и расширялись, пока пол не провалился. Под звуки доносившегося со всех сторон жуткого смеха он падал, падал, падал…
Правитель открыл глаза. Он, махая могучими чёрными крыльями, парил над долиной, окруженной высокими горами. Неподалёку была видна пирамида Храма Светсембрионов, окружённый переливающимся желтоватым защитным полем.
Перед нем был Светлый Лирен.
– Брат, зачем ты делаешь это? Что с тобой не так? Остановись и вернись к нам! Ты ещё можешь искупить свою вину! – говорил Кхаа Света.
Ответ прозвучал неожиданно, как будто кто-то произносил слова за Наинекса:
– Ты глуп, Лирен. Вы все глупы. Никто не понимает, насколько прекрасна пустота, чистая и бесконечная! Кроме неё не должно быть ничего!
Лирен снова воскликнул:
– Ты обезумел, брат! Просто сдайся и мы все обсудим!
– Никогда, – сам собой прозвучал ответ.
– Да будет так! – в глазах Правителя сверкнула белая вспышка.
Вокруг был абсолютный мрак. Иногда казалось, что где-то сзади начинали мерцать переливающиеся краски, но когда он поворачивал голову, там была всё та же тьма.
– Истинный порядок… – раздался голос в голове, – так и должно быть.
Наинекс закрыл глаза и, когда вновь открыл их, оказался в тёмном зале, освещённым лишь неярким светом факелов. Посреди стоял человек в длинном чёрном плаще. Капюшон был откинул, и Наинекс отчетливо видел его лицо. Это был черноволосый красивый мужчина с необычайно бледным лицом. Недобрый огонёк светился в глазах. Он улыбнулся, протянул Наинексу конверт, и странным высоким голосом сказал:
– Отнеси его в Королевские Сады и положи под куст с ярко-красными цветами.
Человек ещё раз улыбнулся и исчез. Наинекс остался один в тёмном зале с письмом в руке. Свет факелов задрожал, и вскоре он оказался в полной темноте.
Правитель открыл глаза. Постель была мокрой от пота. «На редкость дурацкий сон», – подумал Наинекс, встал и потянулся. На глаза попался двойной клинок, вычищенный до золотого блеска. На его острие тускло отблескивал символ Мудрости Света. Правитель вздохнул. Всё-таки он был слишком самоуверен, и вот теперь Мирдлона нет. С горечью Наинекс снял меч со стены и вложил в ножны.
До завтрака было еще далеко, Правитель спустился вниз, прошел через пока ещё пустой обеденный зал, взял пирожок и вышел на посадочную площадку. Одного из сильнейших нерфертских боевых крейсеров, «Хранителя», на ней уже не было. Тени исполнили приказ Правителя – Посох покинул Сириону и теперь находился в безопасном месте. Наинекс задумчиво доел пирожок и вернулся, его завтрак был уже подан.
Послышались шаги. Наинекс поднял глаза: в обеденный зал зашла Манокисана, было видно, что настроение у неё хорошее. Прислуга засуетилась, накрывая ей завтрак рядом с Правителем.
Уловив угрюмое настроение Наинекса, принцесса спросила беспокойным голосом:
– Наинекс, что-то не так? Ты какой-то весь странный, переживаешь. Это как-то связано с твоими вчерашними делами?
Правитель вздохнул:
– Отчасти да… Да и сны какие-то странные снились.
– Так что случилось? Знаешь, я видела это странное небо над Сирисом, что-то сверкало далеко в Садах… – спросила Манокисана озабоченно.