— Всё в порядке, теперь всё в порядке. — Повторял дракон. — Ты ворвалась в мою жизнь, как стая воронов средь бела дня! Ты разрушила мою Академию! Ты разворотила кладбище! Ты прогнала прочь русалок! Ты сцедила кровь у моего лучшего друга! Ты АДОВАЯ адептка, Саманта! И я тебя хочу!
28 Глава
Он перенёс меня порталом и, не дав ничего ответить, впился властным поцелуем в мои губы. Я чувствовала его любовь, чистую, сильную, словно волны в океане. Любовь, что преодолеет за одно мгновение тысячи световых лет. Любовь настолько сладкую, от которой кружится голова. Любовь настолько сумасшедшую, что от неё чувствуешь боль, и тебе это нравится. Любовь настолько крепкую, которой нипочём будет война! Вот она… истинность…
Прожжённое платье разорвалось на куски вместе с бельём. Пуговки его рубашки со звоном отлетели в стороны. Я хотела и была готова принять его драконью сущность в своём сердце.
Жаркие поцелуи на сапфировых простынях в тускло освещённом помещении. Только он и я. Острая боль внизу живота, ритмичные движения наших тел, и стоны раздаются эхом. Мы переплетали пальцы, и, смотря в его глаза, я видела космос, в котором вспыхивают синие планеты.
Дракон расправил за спиною крылья, кончики которых сошлись, и потолок пещеры заискрился молниями. Пещеры? Да неважно! Я была на пике удовольствия, а следом и он. Вновь и вновь мы не переставали любить друг друга, пока совсем не выбились из сил. На моём запястье защелкнулся браслет, и мы уснули в обнимку под шелковыми простынями.
Запах жареного стейка разбудил. Я потёрла глаза, и золотая цепь на руке звякнула.
— Это ещё что такое?
— Чтобы тебя никто не украл, пока мы спим.
— Сдурел?
— Шучу, это для наших игр.
— Леон!
— Набралась сил?
— Нет! Я есть хочу!
Этот маньяк отстегнул браслет на руке и, подхватив на руки, посадил на подушки. Передо мной на столике лежала тарелка с шикарным стейком и грибным соусом. Боже, это то, что мне сейчас нужно! Жуя и ни фига не стесняясь, я поведала Леону то, что произошло на башне. И только насытившись, я оглянулась.
— Так вот где был ремонт? Ты что, всерьез мои слова воспринял?
— Я подумал, что ты права, и у сапфирового дракона точно должна быть пещера с сокровищами, и главное сокровище — это ты.
— Ты меня что, не выпустишь?
— Выпущу, конечно, просто тут единственное место, где нам точно не помешают и не будут трогать. Полагаю, тут мы будем прятаться от детей.
— Не рано, милый? Только поженились же! Я еще академию не окончила.
— Это решать тебе, если не хочешь заканчивать оставшиеся два курса, я не против.
— Нет, закончу, но боевым магом я не буду. Я хотела играть всю жизнь в оркестре первой скрипкой.
— Тогда так тому и быть.
Я не знаю, сколько мы пробыли в нашей пещере, но возвращаться на поверхность не хотелось. Мы решили, что у нас медовый месяц. Я не спрашивала у дракона, чем всё закончилось. Мушу иногда заглядывал к нам в те моменты, когда мы ели, слава богу. А нам больше ничего и не нужно было. Только он и я на огромной постели. В пещере среди гор золота и украшений был небольшой водопад и где-то в глубине — нормальная ванная комната. Мы просто часами болтали или любили друг друга. Мечтали о будущем и рассказывали о прошлом. И совершенно точно я была счастлива.
29 Глава
Леон
Прошло три года с момента тех насыщенных событий. Саманта успела за два курса поджечь случайно академию, четыре раза поднять мертвецов и однажды музицировала так, что весь остров до глубокой зимы славился на всю империю буйным цветением алых роз. Зрелище невероятное, конечно, снег и розы.
Академия разрослась, и мне пришлось выкупать соседний остров. Я отдал его на постройку общежития. Острова соединялись мостами. С каждым годом адептов было всё больше, и в этом году присоединились эльфы.
Саманта исполнила свою мечту. Она играла в императорском оркестре первой скрипкой. Для того чтобы она не покидала остров без меня для репетиций, я построил ещё и дом скрипки, в котором жил весь оркестр империи. Меня можно назвать сумасшедшим, ну и пусть! Зато она рядом. Попыток её украсть пока больше было. А я что? Я счастливый муж и грозный ректор.
Что случилось с Оливией? Её отец додумался подать в императорский суд на мою жену. По итогу он лишился всего. Оливия выжила, обезображенная навсегда. Её поместили в женский монастырь. Ей пожизненно отбывать срок в подземелье. Её пожалели и не стали казнить, всё благодаря чистому сердцу Саманты.