Обещаю, ты не узнаешь о сыне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кирилл предупредил, что у него много дел, и он пропадет на несколько часов. Но я думала, что тишина продлится час-два, в конце-концов три. Но прошло полдня, а от него ни одного сообщения.

После того, как я почти два дня была уверена, что он погиб, пока вдруг не раздался звонок от Александра Кирилловича, такой большой промежуток заставлял меня нервничать.

— Что грустим, Мирусь? — ко мне со спины подошла Олеся. Помассировала плечи.

— Не грущу, — я улыбнулась. — Лучше скажи, как твои подготовки к итоговому сочинению?

— Меня уже от этого словосочетания тошнит, — фыркнула она. — Все пучком. Я напишу на любую тему хоть с закрытыми глазами в час ночи.

— Ты у нас умничка. И продолжай, у тебя золотые руки, Лесь, — попросила, закрывая глаза и наслаждаясь расслабляющим массажем плеч.

— Ну ладно, тогда у меня предложение века, — хмыкнув, проговорила сестра. — Ещё пять минут разминаю, а потом мы идем гулять. Марику скучно, а во дворе недавно горку залили. Покатаемся немного на ватрушке. Пойдем? Бабуля нас выгоняет, чтобы ужин приготовить в тишине и спокойствии.

Я в ответ выдала что-то нечленораздельное, но означающее согласие. Олесе больше ничего от меня не требовалось — закончив массаж, она убежала одеваться.

Грустно посмотрев на то, что Кирилл до сих пор не в сети, я поднялась и тоже поплелась утепляться. А ещё ловить Марка и собирать его.

— Мам, а папа обещал мне привезти много подарков, — не переставал он болтать, пока я помогала ему надевать термобелье.

— Круто. Очень рада за тебя, Марик, — я протянула ему флисовый комбинезон, который обычно он надевал уже сам. — И вот теплые носки.

— Я сам надену! Я уже взрослый, и в садике одеваюсь сам, — с гордостью сообщил сын, криво натягивая флисовую поддеву.

— Ты умница, — похвалила его, незаметно помогая ему. Чуть-чуть, чтобы не привыкал к тому, что так все легко дается, но и чтобы наши одевания не длились час.

Вскоре мы оказались на улице. Уже вовсю царствовала зима — снег укрыл голые ветви деревьев и землю, согревая до весны, иней разрисовал все окна изящными узорами.

В свете уже зажегшихся фонарей сугробы сверкали, словко горы с волшебной пыльцой, а с неба, искрясь, спускались снежинки.

Красиво.

Пока мы носились на улице, катались и кидались снежками, время прошло незаметно. Я очнулась лишь тогда, когда в кармане начал вибрировать от уведомлений телефон. Мое сердце забилось чаще, когда я увидела имя отправителя.

Кирилл: «Прости, Мирусь, дел оказалось куда больше, чем планировал»

Кирилл: « Чем заняты? Пришлешь фотографию?»

Кирилл: «Не соскучились?»

Губы сами по себе расплылись в улыбке, хотя я должна была сердиться за то, что Кир заставил меня снова переживать за него.

Тем более в новостях — причем именно в американских — гуляли разные слухи. И когда я о них спрашивала у Кирилла, он мягко переводил тему, что я на время обо всем забывала.

«Не соскучилась», — мстительно написала я. И отправила несколько стикеров.

Потом захотела сделать селфи на фоне крутящихся Олеси и Марика, но они куда-то убежали.

— Мир, там снега чистого много.

— Мы сделаем снежного ангела! — подхватил Марик. У него уже раскраснелись щеки, но выглядел он безумно довольным и не спешащим домой.

Смартфон снова коротко завибрировал.

Кирилл: «Так фото пришлешь, Мирочка?)»

Я открыла камеру, сделала быстро фото, а перед отправкой решила посмотреть результат. Но темная фигура на заднем фоне заставила меня застыть и, увеличив фото, вглядываться, чтобы понять…

Когда я уже разворачивалась, то попала в крепкие объятия. Он не изменился — также без шапки, с полурасстегнутой курткой и растрепанными шоколадными волосами, в которых уже собрались колючие снежинки. Только в зеленых глазах столько тепла, что хватит устроить в декабре жаркий июль.