В отличие от них, я знаю, что Грегор никогда не причинит мне вреда. Когда он утешал меня прошлой ночью, мне не хотелось покидать его объятия. Его кожа была грубой под моими пальцами, когда я прикоснулась к нему, как тяжелый твид, накинутый на сталь. Как бы я себя чувствовала, если бы его большая грудь, терлась о мои соски, когда бы мы целовались?
Я прикусываю губу и сжимаю вместе бедра, чувствуя, как там расцветает пульсация. Может я и девственница, но я не совсем невежественна. Я знаю, что мужчины и женщины занимаются сексом — я просто не знаю действия того, что к чему приводит. Но я думаю, что хотела бы научиться — с Грегором. Возможно ли вообще иметь близость с огром? Есть ли у них те же особенности, что и у человеческого мужчины? Впервые в своей жизни я могу испытывать то, в чем мне было отказано в коммуне, без чувств или стыда, и мое тело воспевает жизнь новым потребностям и желаниям. Это слегка пугает, но в тоже время невероятно возбуждает.
Но я забегаю вперед. Грегор согласился помочь мне стать самостоятельной, а не давать мне уроки секса. Кроме того, я, вероятно, ему не интересна. Он был идеальным джентльменом, или нежным, или… кем угодно, и не подал никаких признаков того, что хочет заглянуть в мои несуществующие трусики.
— Доброе утро, Арья.
Я подпрыгиваю и краснею, когда глубокий тон Грегора отрывает меня от моих горячих размышлений.
— Доброе утро. Тебя не было, когда я проснулась, поэтому я пошла тебя искать. От этого места дух захватывает.
— Мне приятно, что тебе здесь нравится.
От улыбки Грегора у меня перехватывает дыхание. От этого в уголках его голубых глаз появляются морщинки, а клыки выставляются на всеобщее обозрение. Внезапно все, о чем я могу думать, это о том, как они будут царапать мою кожу, когда он будет посасывать мои соски, и влага скользит по внутренней стороне моих бедер, на которых нет трусиков.
«Это что-то новенькое».
Как и спираль тепла, туго наматывающаяся в нижней части моего живота.
— Я собирал яйца, чтобы приготовить тебе завтрак, — говорит он, держа дюжину яиц в своих массивных руках.
Кому нужна корзина, когда у тебя руки как лопаты?
Я лучезарно улыбаюсь ему.
— Никто никогда раньше не готовил мне завтрак.
— Тогда мне приятно знать, что я буду первым, — отвечает он с удовлетворенным кивком. — Ты не жила, пока не попробовала мой омлет с картофелем и луком-пореем.
Глава 6
Грегор
Арья отодвигает свою тарелку с удовлетворенным стоном.
— Ты был прав, — ты действительно готовишь вкусный омлет.
Она наблюдает за тем, как я пью сырые яйца и дожевываю остатки оленины, высасывая костный мозг из костей. Если ее и беспокоит как я ем, она этого не говорит.
Арья откидывается на спинку дивана и потирает живот.
— Это было восхитительно, спасибо. Если ты и дальше меня будешь так кормить, то я никогда не захочу уходить.
— Может быть, я это и намерен сделать, — мягко отвечаю я.
Ее глаза встречаются с моими, и я стойко выдерживаю ее изумрудный взгляд.
Она прочищает горло и встает, потянувшись за тарелками.
— Я помою их. Это будет справедливо, так как ты накормил меня, и…
Моя рука накрывает ее руку. Странно видеть контраст зеленой кожи с розовой. Ее рука выглядит такой нежной под моей. Мои пальцы длинные, толстые с черными заостренными когтями, как и на моих ступнях.
— Пока ты не решишь иначе, ты моя гостья, Арья. Мне доставляет удовольствие кормить тебя.
У нее расширяются глаза.