— Оно прекрасно, — пробормотал он.
Время замедлилось: они стояли так близко, что Талемир мог видеть, как мурашки бегут по коже Дрю.
— Я получила его сразу после их смерти, — сказала она, натягивая рубашку на плечо.
— Твоей матери это понравилось бы?
Дрю рассмеялась.
— Боги, нет. Она думала, что татуировки — это для солдат и моряков. Но, думаю, отчасти именно поэтому я и сделала ее. Когда я не могу вспомнить мелкие детали ее лица или то, как она двигалась по саду, я всегда вспоминаю, как она могла бы отругать меня за то, что я сделала себе такую неизгладимую отметину на теле. — В глазах рейнджер заблестело серебро, но она смахнула слезы и снова расправила плечи. — Ну вот, теперь ты получил свой ответ, Боевой Меч. Готовься к поражению.
— Сделай все, что в твоих силах, Дикий Огонь.
Она так и сделала, победив его честно и без лишней скромности.
— Ну как? — спросил он.
Взгляд Дрю снова прошелся по его обнаженной груди.
— Я могу заставить тебя играть до конца игры голым…
— Можешь, — Талемир бросил вызов, одарив ее ленивой улыбкой, которая, как он знал, выводила ее из себя.
— Но я этого не сделаю.
— Нет?
— Не в этот раз… — Дрю зажала нижнюю губу между зубами. — Расскажи мне о лучшей книге, которую вы прочитали. О своей любимой книге всех времен.
Настал черед Талемира удивляться. Этого он никак не ожидал. Он подошел к своей сумке, стоявшей у двери, и достал из внутреннего кармана полуночно-синий том. Он отличался от того тома, которым он позволял другим дразнить его по пути к сторожевой башне. Эта книга была особенной. Он протянул ее Дрю, внезапно почувствовав себя уязвимым.
Она повертела ее в руках, проводя пальцами по тисненому названию.
— О чем она?
Он встретил ее взгляд.
— О деве, которая влюбилась в чудовище.
Ее горло перехватило, когда она осторожно перелистала страницы.
— Принимаешь желаемое за действительное?
Талемир не шелохнулся.
— Ты мне скажи.
— Я не дева, — тихо сказала она. — Но наверняка в тебя влюблялись многие.
— Меня не волнуют другие.
Ее взгляд метнулся к нему.
Талемир не вздрогнул, не отвел взгляд. Он позволил ей увидеть себя и все, чего он желал.
— Я не хочу больше играть…
— Правила есть правила, — пробормотала Дрю. — Но, может быть… может быть, внезапная смерть?