Кивнув, Талемир принял трио дротиков, которые она ему вручила, и направился к доске.
— Сначала дамы.
Он стоял у барной стойки, пил свежую медовуху и наблюдал, как она выстраивается перед мишенью и зажимает первый дротик между большим и указательным пальцами, слегка покачиваясь взад-вперед на носках. Для человека, который пьет медовуху и бросает дротики в заброшенной таверне, она держалась почти царственно.
— Не промахнись, — поддразнил ее Талемир.
— О, я и не собираюсь… — Дрю бросала дротики быстрой чередой, каждый из которых приземлялся все ближе и ближе к точке попадания. Она повернулась на каблуке и с самодовольным выражением лица уставилась на него. — Беспокоишься?
— Как хочешь, — ответил Талемир, занимая свое место.
Не теряя времени, он метнул дротики, но они попали не в цель, а один даже полностью промахнулся, вонзившись в стену рядом с ней.
Дрю издала ликующий смешок, и Талемир сдержал улыбку.
— Ну что ж, пусть будет так. Что ты требуешь от меня за свою первую победу?
Дрю нагло оглядела его, а затем сложила руки и выпятила подбородок.
— Сними рубашку, — дерзко приказала она.
Ответный смех Талемира пронзил всю его грудь до костей. Значит, она играет в нападение. С этим я справлюсь. Ему было любопытно посмотреть, по какому пути она поведет их, одержав первую победу. Не сводя с нее глаз, он потянулся к задней части рубашки и стянул ее через голову, обнажив голый торс.
— Интересный выбор приза, Дикий Огонь, — произнес он низким голосом, наблюдая за тем, как ее взгляд из-под капюшона скользит по его груди и животу, а губы слегка приоткрываются. — Тебе нравится?
Несмотря на первоначальную браваду, щеки Дрю окрасились в розовый цвет, и, хотя это могло быть из-за медовухи, Талемир подозревал, что дело не только в этом. Он напрягся, ожидая ее ответа, его тело покалывало от ее внимания, но она проигнорировала его вопрос, выдернула маленькие дротики из доски и встала в стойку.
Она снова бросила, и на этот раз, когда Талемиру пришла очередь, он действительно попытался.
Дрю, нахмурившись, смотрела на его идеально приземленные дротики.
— Ты позволил мне выиграть первый раунд.
— Джентльмен никогда не говорит об этом, — подмигнул он.
Она издала звук разочарования и отпила глоток.
— Только не говори, что ты обиженно проигрываешь?
Дрю закатила глаза и положила руку на бедро.
— Тогда продолжай. Какой у тебя приз?
Талемир получал от этого огромное удовольствие. Он облокотился на табурет и долго, неторопливо отхлебывал из своего танка, словно ему нужно было время, чтобы обдумать, чего он хочет. Он лениво скользил по ней взглядом, отмечая, как раскраснелись ее щеки, как сбилось дыхание в груди. Она реагировала не только на медовуху, это было совершенно точно.
Но вместо того чтобы попросить что-нибудь из одежды, он решил спросить о другом, о том, что не давало ему покоя с тех пор, как они впервые вместе переночевали в палатке по дороге из Кирауна.
— Что означает твоя татуировка? — тихо спросил он.
Дрю заметно вздрогнула, явно не ожидая такого личного вопроса среди их флирта. Но Талемир понял, что ему нужно нечто большее, чем флирт. Он хотел узнать свирепого рейнджера, выдержавшего столько бурь…
На мгновение показалось, что Дрю может возразить, но после того как она несколько раз открыла и закрыла рот, ее рука опустилась на плечо.
— Это любимый цветок моей матери. — Пальцы медленно оттянули горловину рубашки в сторону, обнажив испещренную чернилами кожу. — Голубой жасмин. Есть цветок для нее и по одному для каждого из моих умерших братьев…
По ее молчаливому приглашению Талемир сделал шаг к ней и склонил голову, чтобы поближе рассмотреть ее татуировку. Жасмин с нежными лепестками и замысловатыми листьями был нарисован искусными тонкими линиями, создавая изящный рисунок по лопатке Дрю.
Не задумываясь, Талемир провел кончиками пальцев по татуировке и обнаружил, что Дрю становится горячей от его прикосновений.