— Что?
Заговорил Уайлдер.
— Только наарвийская сталь может убить рейфа или жнеца…
— Это значит, что мы обработаем как можно больше обычных клинков и стрел тем запасом цветов, который принес Талемир, и соберем еще, прежде чем начать атаку, — сказала Адриенна. — Наши силы будут направлены на то, чтобы отбить рейфов, занять их, чтобы вы двое…
— И я, — вклинилась Дрю, вынимая меч.
Все уставились на нее и на ее клинок из наарвийской стали. Уайлдер выглядел так, словно собирался начать новую ссору, но Адриенна подняла руку.
— И Дрю, — сказала она. — Боевые Мечи и Дрю будут нацелены на жнецов. Если теория Талемира верна, этого будет достаточно.
— А если он не прав? — спросил Баледор, окинув Талемира оценивающим взглядом.
— Тогда Наарва чуть раньше падет перед надвигающейся тьмой, — холодно ответила Дрю.
Дрю попрощалась с Адриенной в уединении своей палатки. Ее подруга возглавит спасательную операцию с небольшим отрядом, подобранным ею собственноручно, а Дрю — диверсию с Талемиром.
Адриенна крепко обняла ее.
— Я уже говорила, что рада за тебя, подруга?
Дрю сжала ее в ответ и рассмеялась.
— Даже несмотря на все это?
— Мы обретаем счастье, когда и где можем. Я рада, что ты нашла свое, пусть даже посреди бушующей тьмы.
Дрю пыталась сглотнуть комок в горле.
— Удачи тебе, сестра… — пробормотала она.
Адриенна усмехнулась.
— Нет, если она сначала была с тобой.
Несмотря на то что план был готов, Дрю не в первый раз пришлось защищать Талемира и его намерения. Наарвийцы относились к нему настороженно, даже больше, чем к Гусу, который был еще совсем ребенком. Но Талемир… Талемир проявил истинную тьму, развязал ее в их лагере. Они боялись его, и она их не винила. Он был тем, кого они боялись всю свою жизнь. Для них он олицетворял зло, которое украло их земли и забрало их близких.
Пока они пробирались через лагерь, Дрю встречала их взгляды с жестким вызовом в глазах. Он не чудовище, хотелось ей крикнуть им.
Талемир стойко переносил внимание и настороженность, но она видела, что это глубоко ранит его, что это подтверждает страхи, которые он так долго носил в себе.
— Ты не обязана защищать меня, — тихо сказал он ей, когда они седлали лошадей. — Я понимаю их сомнения.
— Я всегда буду защищать тебя, — упрямо сказала Дрю.
— И я люблю тебя за это.
Эти слова вызвали в ней трепет.
— Но это высвечивает некоторые проблемы, с которыми мы можем столкнуться, если переживем это… — заметил он.
Дрю закрыла между ними щель и крепко поцеловала его.
— Одна битва за другой, Боевой Меч.
Он улыбнулся ей в губы.