(Вернулся с двойного дежурства, потому скинул главу. На бусти побольше)
Глава 21
-Ох, милый...
Поправив бабочку на моей шее, мама медленно отступила назад, прикладывая ладони ко рту. Казалось, ещё миг, и Мэри Салливан разразится целым потоком слёз, но проходили секунды, а женщина, ставшая мне матерью в этом мире, лишь трогательно поджимала губы, смахивая выступившие слезинки.
Одетая в простое домашнее платье, такая уютная и тёплая в атмосфере нашего дома, она выглядела так трогательно и по-семейному, что я не удержал порыва, заключая маму в объятья.
-Мам...
-Всё в порядке, дорогой, — прижавшись на миг к моей груди, она отступила на полшага назад, по новой оглядывая меня с головы до ног, неверяще проводя пальцами по плечам и шее, — как же ты вырос... Вот вроде недавно был таким крохой, а сейчас... Ох, прости, прости. Я знаю, как нынешняя молодёжь не любит...
-Перестань, — притянув маму обратно, аккуратно поглаживаю её по голове, с восторгом подмечая, насколько же я обогнал её в росте, — спасибо. На всякий уточню. Я же был хорошим сыном?
-Ха-ха, — натужно засмеявшись, скорее заставляя себя отвлечься от слёз, женщина присела за стол на кухне, — ещё каким. Такого надо было поискать. Как жаль, что ты вырос так быстро..
-В прямом смысле этого слова, глядишь, скоро меня догонишь, — встав в проходе кухни, батя довольно ухмылялся, порой погружаясь в собственные воспоминания, — может ещё и съедет скоро и будет у нас счастливая жизнь...
-Саймон! Не смей выгонять нашего мальчика! Он только закончил школу, а впереди ещё университет!
-Я же шучу, — приставив ладонь ко рту, так чтобы не видела мать, папаня громко прошептал, — но на квартиру лучше начинай копить, мы с твоей матерью ещё молоды...
-Саймон!
Отсалютовав мне кружкой, в которой, на удивление, был чай, а не бурбон, папаня подошёл ближе, оценивающе пройдясь по костюму. В его глазах был удовлетворение, то самое едва различимое, что есть в глазах каждого работяги, когда он наконец доделывает долгую и сложную работу, видя вживую, что все старания окупились.
-Как хорош. Вот она, кровь семьи Салливан во всей красе, — хлопнув меня по плечу, батя замялся на миг, не зная, как продолжить разговор, — ты это... Не оплошай там.
Не став тушеваться, просто приобнимаю своего старика, опешившего от подобного поворота, но всё же обнявшего меня в ответ. Его сильные руки могли бы надломить мне рёбра, будь я неспортивным ботаником, как некоторые мои друзья.
-Я горжусь тобой.
-Спасибо, пап.
Тихо пошептавшись, мы молча разошлись в стороны, сверкая довольными улыбками. Атмосфера, стоящая в доме, была великолепной и я как никто другой понимал этих ещё молодых родителей, что провожали своего ребёнка на одно из главных событий в жизни.
-Ох, мальчики...
Не удержавшись, мама всё же дала волю слезам, выпуская наружу скопившиеся переживания, эмоции и гордость.
-Оу, Мэри.
-Мам, ну ты чего?
В две пары рук два здоровых ирландца захлопотали вокруг хрупкой фигуры Мэри Салливан, пока та всё больше распалялась, радуясь подобному вниманию.
Замечательный день. Без иронии или сарказма, сегодня я чувствовал небывалый подъём. Семнадцать лет в этом новом, загадочном и невероятном мире. Сегодня не было образа Роршаха, нуара и моей вечной борьбы за город. Только простая семейная идиллия, что вскоре перерастёт в подростковое буйство на выпускном под руку с невероятной девушкой.
Лишь по прошествии получаса мы смогли вновь собраться и направиться к выходу, где родители, понимая, что я только рад проявляемыми ими чувствами, снова заключили меня в объятья.
Под шумок папаня даже просунул мне подозрительно знакомую квадратную упаковку, подмигивая напоследок.
Хорошие они люди, надеюсь, что после меня они смогут ещё разок порадовать мир новым Салливаном, о чём я им напоследок и сказал, под краснеющие щёки матери и громогласный смех отца.
***
Автомобили в Америке — это нечто иное. В мою прошлую жизнь я никогда не придавал им особого значения, будучи не в состоянии себе позволить даже самую дешёвую модель.