-Хватит, — раскрутив посох в руке, Мэтт ловко убрал его в чехол, — гораздо лучше. Я уж боялся, что мне придётся самому начать использовать подручные предметы, чтобы ты начал думать.
-Мог бы и подсказать. Это всё твои пафосные речи и боевые стойки в центре круга, — тыкая пальцем в ухмыляющегося Мёрдока и нашу арену, я негодующе ворчал, пряча радость за напускными эмоциями, — создал всю эту восточную атмосферу таинственности. Кто же знал, что вместо дуэли мне надо...
-Думать. Вот и всё, Шон.
-Верно, давно имя узнал?
-Я вроде слепой, а не тупой.
-И? Даже ничего не спросишь?
-Нет, я узнал достаточно, сам, — с намёком глянув в мою сторону, Мёрдок снял с лица маску, — так же, как и ты.
Неловко почёсывая голову, я даже не знал, как реагировать. Не говорить же Мэтту, что я перерожденец, знающий о нём, его будущем и прошлом больше, чем сам мужчина.
-К тому же ты пришёл сюда не говорить, а учиться.
Точно такой же посох, как у Мёрдока, взлетел в воздух, приземляясь мне в ладонь.
(Пока вы задариваете меня лайками, я вкидываю главы! Бугагага)
Глава 9
3 месяца спустя
Продажные девки на каждом углу, сиськи на проклятых неоновых афишах, что выжигают сетчатку глаза. Пара продажных копов под гогот сутенёра заходят в подпольный бордель, где сейчас находится маленькая Никси Пирс, молодая девочка, что стала заложницей амбиций своего отца.
Сегодня её должны продать, словно скот. Отдадут самому злобному и жестокому ублюдку в Нью-Йорке. Копы, политиканы, бизнесмены... Вся шваль города собралась в одном месте, считая, что может весело провести время, распоряжаясь судьбой маленькой девочки и наблюдая за её слезами и страданиями. Никто из них не вступит в дело самостоятельно, лишь похотливо посмеются, желая четырнадцатилетней девочке удачи, пока она будет в лапах маньяка-садиста.
Её отец, Рональд Пирс не сильно отличался от них. Такой же тупой ублюдок, желающий заполучить как можно больше, пройдясь по головам жителей города. Он сыграл в эту игру и провалился. Теперь его дрянное тело болтается на дне реки, с привязанным к ногам мешком цемента, а маленькая Никси будет вынуждена послужить игрушкой и напоминанием для всех. Простое послание для всех верхов города, что участвуют в вечной забаве за господство.
Когда Мэтт Мёрдок рассказал мне эту историю, я подобно бешеному быку собирался сорваться с места, калеча и избивая всякого, кого найду в этом паршивом притоне.
Но Сорвиголова был хорошим учителем, таким, который легко вправит тебе мозги, если жажда действия захлестнёт с головой.
И вот теперь мы здесь, ожидаем на крыше соседнего здания, считывая каждого из приезжих. И чем больше я видел, тем отчаяннее становилось положение. Слишком много, слишком опасны и слишком безрассудны, опьянённые властью, они не остановятся ни перед чем, лишь бы шоу продолжалось.
-Нервничаешь?
-Да, — не было смысла скрывать, Сорвиголова видел меня насквозь, читая мои реакции на каждого нового посетителя, — мы справимся? Их там очень много.
-Конечно, — сжав кулак, хрустя свежей кожей перчатки, Мэтт скрыл все эмоции, вновь превращаясь в «машину», — а кто иначе спасёт малышку Никси?
-Да... Верно.
Это было моё первое серьёзное дело после битвы с бандой Хью и я откровенно нервничал, ведь уровень резко поднялся и теперь не будет толпы обкуренных дебилов. Здесь собирались копы и мафия, а значит у каждого, наверняка, было оружие.
-Просто помни про свою цель, а я сделаю всё остальное.
-Понял.
Отрывистые фразы, дёрганые движения... Как бы я ни старался погрузиться в свой внутренний нуар, выдуманный образ, полный самоуверенности, страх сильно сковывал меня, мешая сосредоточиться. Но время уже подходило к началу аукциона, а значит стоило начинать.
-Ты справишься, если бы не смог, я бы не взял тебя с собой.
Оставив за собой последнее слово, Мёрдок спрыгнул с крыши, выстреливая гарпуном в здание аукциона. Используя инерцию и собственные данные, он с первой попытки набрал нужную скорость, запрыгивая на крышу нужного нам здания.
Глубокий вдох сухими губами. От волнения во рту развернулась настоящая пустыня и я даже всерьёз подумывал выпить пару рюмок бурбона из шкафчика отца. Но всё это будет потом, а сейчас пришло время действовать.