Я не понимал, но я сказал ему, что сделаю, как он хочет.
Прошло почти два года, прежде чем он вернулся. Он остался таким же, я думаю, но спокойнее.
Бобби больше не вернулся в школу. А я ее закончил наконец. Мама хотела, чтобы я пошел в колледж, так что я поступил в местный. Но мне не особо нравилось там.
Бобби посадили в тюрьму, он зарезал человека. А неделю спустя я признался, что я гей. В первую очередь я признался маме. Она отреагировала так, как я и ожидал. Она меня поцеловала. Мой любовник остался снаружи, ожидая меня внизу. Он сказал, что хочет пойти со мной. В случае, если мама не примет это, как я ожидал. Но мама сказала, чтобы он поднялся в квартиру. И мы разговаривали все вместе.
Я кое-как учился в колледже, проходил какие-то курсы, но ничего из того, чем мои друзья хотели бы заниматься, меня не интересовало. Я бы мог притвориться, но это же неправильно. Мы с Дэйвом шли по Кристофер-стрит, где я и увидел Бобби снова. Он стал крупнее, тяжелее, на его огромный торс была натянута красная футболка. Все руки у него были покрыты татуировками. Бобби пошел прямо на нас, занимая все пространство, как всегда. Казалось, он готов к прыжку.
— Увидимся позже, — сказал я Дэйву, и он оставил нас вдвоем.
Дэйв некрупный, изящно сложенный, но у него сердце питбуля. Он посмотрел Бобби прямо в глаза.
— Может, мне лучше остаться? — проговорил он.
— Все нормально, — заверил я.
Наконец, он повернулся и ушел. Он выглядел разозлившимся. И я не сказал бы точно, на кого именно.
— Такой ты сейчас? — спросил Бобби, протягивая руку, чтобы коснуться серьги в моем правом ухе.
— Да.
— Почему, Джейсон?
— Это гены, Бобби. Я таким родился.
— Херня! Я видел парней, которые попадают в тюрьму натуралами, а выходят педиками. Из тебя быстро могут сделать там женщину.
— Это другое дело.
— Ну конечно. Я никогда не замечал, что ты такой, Джейсон. Мы же росли вместе.
— Я все тот же парень, Бобби.
— Ты вообще не парень, извращенец. Проверь-ка еще раз лучше свои причиндалы.
Я пытался ему объяснить, но Бобби не слушал. Наконец он коснулся рукой моей груди и легко ткнул меня.
— Ты помнишь ту нашу драку? — спросил он.
— Да.
— Думаешь, ты все еще мог бы сойтись со мной в ничью?
— Нет, но…
— Но что, киска?
— Но я бы попытался.
Он сложил губы, как для поцелуя, при этом зарычав. Затем он ушел.
Дэйв ждал в кафе.
— Ну, и что же мистер Мачо хотел?
— Старый друг…