— Конечно, — понимающе кивает мужчина и забирает деньги со стола. — Я выпишу гомеопатию для улучшения иммунитета. Тем более, сейчас период разных эпидемий.
Он выписывает рецепт, и мы спускаемся на первый этаж.
— Как Саша? — К нам навстречу выходит Дарья.
— Банальное ОРЗ, — отвечает ей врач. — Побольше теплого питья. Температуру сбивать, только если она будет больше тридцать восемь и пять. Рецепт я оставил вашему мужу.
Вижу, что Даша хочет ему что-то ответить, но тут же осекается.
— Уверен, все будет в порядке. Справку в школу я выписал.
— Спасибо, — благодарит его Даша.
Мы провожаем врача к двери, и я возвращаюсь в гостиную. Дарья идет за чаем.
Опускаюсь на край дивана рядом с закутавшимся в одеяло Сашкой.
— Чем температуру нагнал? — Тихо спрашиваю сына.
— Натер, — виновато опускает глаза.
— Понятно, — понимающе киваю. — Я когда-то градусник в чашку с кипятком засунул.
— И что? — Спрашивает, не поднимая глаз.
— И что… Градусник ртутный треснул. Мать меня чуть не убила за это.
— Маме расскажешь?
— Нет. Не расскажу. Но маму обманывать — очень плохо! — Придаю голосу побольше строгости.
— Я знаю.
— Ты понимаешь, что она безумно волнуется за тебя?
— Понимаю, — грустно отвечает Саша. — Просто я хотел побыть здесь еще немного.
— Я так и подумал, — хмурюсь. — Чтобы не огорчать маму, придется тебе поболеть дня три. Потом выздоровеешь. Понял?
— Ага, — явно оживившись, активно кивает головой.
На том и решили. Александра переместили в гостевую комнату на втором этаже, чтобы он мог «болеть» с комфортом. Герман привез нам продукты на несколько дней и витамины для Саши. Дарье я выделил свою спальню. Сегодня я посмотрел на эту женщину совершенно другими глазами. Меня впечатляет то тепло и нежность, с которой она относится к сыну. Эта женщина достойна внимания, заботы и любви.
Дарья дорвалась до кухни и принялась на ночь глядя варить бульон, чтобы было чем с утра покормить страдающего воспалением хитрости Александра. Я не стал перечить. Пусть готовит, если ей так хочется. Я пытался переубедить её, говорил, что с утра приедет домработница, всё и сделает. Но это было бесполезно.
Даша порхала на кухне, словно юркая стрекоза. Наблюдая за ней, я то и дело облизывался от витающих запахов домашней еды и её стройной фигурки. Заставляю себя не смотреть, но то и дело возвращаюсь к ней взглядом.
На бульоне Даша не остановилась. Она запекла нам на второе рыбу с овощами. От одного запаха мой желудок начал возбужденно урчать. Мне сразу вспомнилось детство и бабушкина стряпня. Она жила с нами и постоянно готовила что-то: пироги пекла, блинчики. Родители много работали. Маме приготовить было некогда. Я всё ждал, что жена мне готовить будет, но и тут не сложилось. Маша не любила готовить. Яичница с утра — это был настоящий подвиг.
— Я раньше совсем не умела готовить, — улыбается про себя Даша.
— Ради мужа научилась? — Спрашиваю с легкой ревностью в голосе. Меня бесит от одной мысли, что она могла стараться для кого-то еще, кроме меня.
— Нет, — мотает головой. — Ради Сашки. Мужу поначалу приходилось есть то, что дадут. Потом уже, когда Саша подрос, то пришлось что-то интересное выдумывать, потому что есть он совсем ничего не хотел.
Дарья смотрит на меня украдкой, затем ставит передо мной тарелку с рыбой.
— Не знаю, что там было раньше, но сейчас эта рыба пахнет безумно вкусно, — искренне хвалю хозяйку.