Я нахмурилась.
— Значит, ничего не закончилось?
— Для нас никогда ничего не кончается. Мы – Якудза. Каждый миг своей жизни мы боремся.
— Понятно.
Я снова повернулась к Кеничи, держа его за руку.
— Знаешь, — сказал Тацуя через некоторое время. — Никто не будет винить тебя, если ты уйдешь. Это не та жизнь, которая будет легкой.
Я уставилась на Кеничи.
— Знаю, — ответила я. — Но я люблю его. Такая любовь стоит того, чтобы держаться за нее, независимо от того, что встает на пути.
— Значит, ты та девушка, которую он любит?
Я подняла глаза, услышав голос пожилой женщины. Она была невысокого роста, одета скромно и держала в руках букет цветов.
— Химура-сан! — Тацуя вскочил на ноги и глубоко поклонился.
Это была мать Кеничи. Я быстро встала и тоже поклонилась ей.
Она прошла мимо меня, поставив цветы в вазу на прикроватной тумбочке. Она стояла у кровати, сложив руки перед собой. Смотрела на спящего сына и молчала так долго, что это становилось почти невыносимым.
Я стояла и ждала, что она скажет.
— Как тебя зовут, девочка?
— Кассандра.
Мать Кеничи кивнула.
— Понятно. Он выглядел взволнованным, когда я спросила его об уроках английского. Могу ли предположить, что ты учитель английского языка?
— Да, — кивнула я.
— И он влюбился в тебя, — продолжила она, глядя на меня сверху вниз. — Ты любишь его?
— Каждой частичкой своей души, — призналась я.
Она обернулась к Кеничи, по-матерински поправляя белые простыни.
— Любить человека из Якудзы нелегко, — тихо сказала она, обращаясь скорее к себе, чем ко мне. — Это будет не последний раз, когда ты будешь сидеть рядом с ним в больнице. Готова к этому?
— Да, — ответила я.
Мать Кеничи повернулась и взяла мои руки в свои.
— Если ты обещаешь любить его и оставаться рядом с ним, несмотря ни на что, то я приму тебя в нашу семью.
Я поклонилась ей.
— Обещаю.
Это была правда. Вспомнила, какой ужас охватил мое сердце, когда я увидела его тело на обочине дороги. Я так боялась, что он мертв, и это сразу после нашей встречи. Я хотела провести с ним всю свою жизнь. Неважно, что он был Кумихо. Он был моей родственной душой. Мы были связаны красной нитью судьбы.
Глава 21